Небо, я тебя вижу!

Её бросало из стороны в сторону. От одного мужчины к другому. А потом она встретила Петра, у них родилась дочь, и Анна успокоилась.

Однажды в Прощёное воскресенье соседка Мария Андреевна предложила ей вместе сходить на воскресную службу. А потом Анну ноги сами уже несли в храм. Она им не противилась.

Ну, что было, то было. Анна ещё раз перечитала написанное. В комнату вошла дочь Оля и с порога спросила:

– Привет. Что делаешь?

– Готовлюсь к исповеди, – Анна сложила вчетверо исписанный лист.

– Записала свои грехи? – продолжала любопытствовать Оля.

 – И много у тебя грехов?

– Сорок получилось.

– Напиши ещё сорок первый, – улыбнулась дочь. – Что у тебя низкая самооценка.

Анна вздохнула, но ничего не ответила. В детстве она тоже считала своих родителей почти святыми.

Икона в амбаре

Перед майскими праздниками мы с подругой Светой поехали в деревню Заречную. Она хотела проведать пустующий дом бабушки, а заодно посмотреть, может, что из утвари пригодится в хозяйстве.

От города до деревни добрались за час. Оставив машину на асфальте, пошли по разбитой грунтовке. Ещё когда деревня была густо населена, власти не удосужились сделать капитальную дорогу. Что уж теперь говорить, когда жителей можно пересчитать по пальцам.

Но места здесь красивые, пленяющие взор. Пологие холмы поднимаются от реки Буб в обе стороны и простираются до самого горизонта. На каждом холме – деревенька с сенокосными угодьями и полями. Между деревнями – узкие полоски леса.

Сельским пейзажем можно любоваться долго, чувствуя, как душа умиротворяется.

Перепрыгивая через лужи, мы добрались до места. Нужный дом стоял в конце деревни.

Когда мы вошли, Света сразу расстроилась, заметив изменения, произошедшие с прошлого посещения родового гнезда. Печная труба на кухне обвалилась. В образовавшуюся в потолке дыру выглядывала крыша. В соседней комнате печка вовсе рухнула. Кирпичи сиротливо валялись по всему полу.

Свете было жаль глядеть на разрушения, учинённые временем.

И мне было жаль. Опустевший дом моих бабушки и дедушки находился не так уж далеко – на другом берегу Буба. Если приглядеться, из окна можно увидеть деревеньку Ягиб. Сердце начинает щемить оттого, что уже не вернёшь былые времена, бабушку с дедушкой, счастливое детство, прошедшее на кебринских просторах.

Света продолжает обходить комнаты. Подбирает упавшие на пол предметы, поправляет бумажные иконки в красном углу.

Мы осматриваем сарай.