Подарок судьбы

А потом, через двадцать дней опять все началось по новой. Я ездила в дневной стационар, где мне капали лекарство, отравляющее, выжигающее все, что только возможно в организме. А под вечер начиналось…

Не помню, как я пережила эти пять месяцев ада. Пять курсов терапии, уничтожившей не только злокачественные клетки, но и вообще всю меня.

И теперь, смотрясь в зеркало, я видела другую себя. От той прежней, огненной и солнечной девушки не осталось и следа.

Я благодарила Бога за то, что дал мне второй шанс. Но жить не хотелось.

Видеть длинный, еще сиреневатый шрам на животе, было неприятно. Как и осознавать, что там, внутри нет того, что делало меня женщиной. То, что дало бы мне возможность стать мамой, быть полноценной.

Боль снова разливалась в груди от воспоминаний, но мне надо было взять себя в руки. Нельзя раскисать. Я уже приняла решение жить по-другому, мыслить по-другому. Мне НУЖНО выйти из состояния этой боли. Иначе, я сойду с ума.

До поздней ночи я суетилась, морально настраивалась и читала литературу о маленьких детках.

А утром проснулась с мыслью, что кажется, я готова. Пусть и не до конца, но готова!

Без десяти восемь я уже стояла возле квартиры моего работодателя. Легкое волнение заставляло бабочек порхать внутри, но я была настроена решительно. Ведь все, что ни делается – все к лучшему, не так ли?

Дверь мне открыла все та же улыбчивая, румяная женщина, которая впустив меня на порог, защебетала.

– Варвара Андреевна, проходите. Чемодан пока оставляйте тут, и бегите к ребенку, он уже проснулся, а у меня молоко на плите для каши сейчас убежит.

И она упорхнула, оставив меня одну с открытым от неожиданности ртом.

Вот это да!

Ладно, пойду посмотрю, что там с малышом.

Я примерно запомнила в какую сторону мне стоит идти, но прежде, заглянула в уборную, быстро сполоснув руки.

Дорогу в детскую мне подсказывал сам малыш, с утра распевая какую-то, только ему понятную песню. Приоткрыв дверь, заметила, как пузатый карапуз сидит на коврике и увлеченно рассматривает бизиборд в виде домика.

Маленькие ручки тянутся к ниточкам, нажимают на кнопки, крутят колесики. И столько счастья в глазах!

Тепло тут же разлилось в груди, при виде этого чудесного малыша. Но меня неприятно поразило другое. Ребенок был в комнате совсем один. Ни мамы, ни папы… вообще никого рядом.

Это может быть опасно.

Я тихонечко кашлянула, давая понять мальчишке, что он не один, и чтобы не испугать его своим резким появлением.