Лампа Алладина. Любовная и философская лирика

Любила ты, не знал я женщин интересней,

У сердца фотокарточку твою храню.

Не раз злодейка смерть меня искала,

Не раз я именем и честью рисковал.

Не раз любовь и вера сердцу помогали,

И я уверено по жизненным делам шагал.

Одно у тех ролей всех было сердце,

Всё что вошло, то всё в нём и храню.

Со школьной парты с другом были вместе,

Уж, друга нет, а я с ним, как бы говорю.

Мне…

Ты, чудачка давно, ну, а я твой чудак

Вот и встретились, дождь моросит,

Рады этой придуманной встрече.

Как жила без меня… – дождь молчит,

Лишь в ответ, – Мил сиреневый вечер.

Дни пусты те, что прожиты врозь,

Не сложилось с другим, не сложилось.

Быстрый взгляд твой и дым волос,

Все обиды, слова… всё забылось.

Не сложилось в непонятых днях,

Осень в жёлтые листья оделась.

Солнце прячется в голых ветвях,

И душа, как заря, вдруг зарделась.

И не надо двоим чуждых благ,

И подачек… и лжи той не надо.

Ты, чудачка давно, ну, а я твой чудак,

Счастлив мигом, одним твоим взглядом.

Вот и встретились…

Роман черкнул… мой Радов не Евгений

Порой, бывает, правит Пушкина рука

Мои полночные то рифмы, то писания.

По тонкости звучит, звенит потом строка,

И чувство появляется… признания.

Он был в Крыму, с горы звучало …слово,

Я на вершине, мол, Кавказ пере мной.

И я с вершины говорю другим, не ново,

Что море плещет под базальтовой горой.

А он с отеческой заботой что-то правит,

И что-то просто так переберёт его рука.

Усну, а он, порой к строке мотив добавит,

Во сне приснится то, не совместить века.

И жалко, что мы пишем с ним не вместе,

Я только книгу первую рассказов написал.

Роман черкнул… мой Радов не Евгений,

В двадцатый век герой мой жил и воевал.

Порой, бывает…

С тобой нашли мы лампу Алладина

С тобой мы, помнишь, жили в Херсонесе,

Где Зевс топил у греков корабли.

Участье принимали в христианской мессе,

В обетованном крае матушки – Земли.

Тысячелетия простояли здесь колонны,

О славе эллинской они расскажут вам.

К земле желанной, небо благосклонно,

Оставили, спасибо, праотцы всё это нам.

С тобой нашли мы лампу Алладина,

Не тысячу, семнадцать провели ночей.

Ты- госпожой была, я господином джина,

И для тебя одной горела тысяча свечей.

С тобой мы, помнишь, уходили в горы,

В зените лета вечный Крым не повторим.