Наследница тьмы

Взгляд ее небесно-голубых глаз остановился на нем, прежде чем она заговорила:

– Ты бы умер за него?

Сердце Арона на мгновение замерло, а лицо застыло, словно маска.

– Почему ты спрашиваешь об этом?

– Мне нужно знать. Ты бы умер за него?

Он увидел, как она затаила дыхание в ожидании его ответа.

Арон медленно кивнул, наблюдая за тем, как меняется выражение ее лица. Он инстинктивно схватил Луану за руку, но она отпрянула от него.

– Ты бы поступил так со мной? – дрогнувшим голосом спросила она.

Арон открыл рот, потом снова закрыл его.

– Ты знаешь, что я люблю тебя больше, чем собственную жизнь. Но разве я буду достоин твоей любви, если позволю брату умереть? Что это скажет обо мне? Кем я буду, Луана, если позволю своему брату погибнуть, чтобы жить дальше самому? Как смогу смотреть на себя в зеркало? Как смогу смотреть в глаза тебе, любить тебя, если буду себя ненавидеть?

Луана с недоверием смотрела на него, пытаясь сдерживать слезы.

– Так ты бы хоть как-то смотрел на меня.

Арон покачал головой. Она не понимала. Видимо, просто не хотела понимать. Она знала, что он был прав, да и он сам это прекрасно знал.

В течение нескольких мгновений никто из них не произносил и слова.

– Луана, – прошептал он ее имя, протягивая руку.

Она колебалась долю секунды, прежде чем схватить ее. Он снова притянул ее к себе, обняв одной рукой за талию, и они вместе легли на диван, тесно прижавшись друг к другу.

Как бы сильно ни болела душа Луаны, Арон уже принял решение. Спустя столько лет он нашел своего младшего брата и больше никогда его не отпустит. Он вернет его, потому что был в долгу перед ним. Перед собой тринадцатилетним. И в долгу перед матерью, которая умерла, думая, что ее младший сын мертв. Он должен спасти Ариана, обязан, хотя его мысли постоянно крутились вокруг Луаны.

Каая

Небо все еще было черным, когда Каая проснулась.

Ей снился Ариан.

Он держал ее за руку и вел к озеру, что находилось позади их домика в ольховом лесу. Он говорил, что нет более прекрасного зрелища, чем озеро, освещенное тусклыми лучами луны. «Его поверхность так блестит, будто ее покрывает алмазная пыль», – говорил он, сверкая глазами, а звезды в ночном небе мерцали в унисон с ними. Они столько раз сидели вместе у этого озера.