Забытый легион

Пока что от серьезных бед Гемелла спасала лишь колоссальная величина его долгов. Живой, он продолжал выплачивать их, а вот от трупа, плавающего в Тибре, кредиторам не было бы ровно никакого проку.

Его мысли вернулись к Фабиоле. Торговец уже довольно давно вожделел к ней, но все же сдерживал похоть, так как знал, что девственница стоит гораздо дороже. Как за обычную рабыню за нее удастся выручить двенадцать, ну от силы пятнадцать сотен сестерциев, а вот если продать Фабиолу в один из городских публичных домов, заплатят самое малое втрое больше.

Ромул, конечно, столько не принесет, но и за него наставник гладиаторов отвалит куда больше, чем могли бы дать на невольничьем рынке.

Размышления Гемелла прервал бесшумно проскользнувший в сад Ромул. На нем была лишь набедренная повязка. Он казался почти точной копией сестры, разве что крупнее, да черная шевелюра его была коротко подстрижена. Самой заметной частью его лица был орлиный нос. А голубые глаза, как и у Фабиолы, были полны сдерживаемой решимости.

– Господин… – произнес он, в глубине души жалея, что еще слишком мал и не может оттаскать Гемелла за ухо, чтобы оно распухло так же, как у его сестры. Брат и сестра были глубочайшим образом преданы друг дружке.

Гемелл удивился, что юный раб явился так скоро. Хотя близнецов часто лупили, они то и дело не выполняли приказов.

«Надо будет, – подумал он, – заковать обоих, пока их головы не посетила мысль о бегстве».

– Подойди! – рявкнул он, не забыв отметить про себя неплохой рост, изящество и крепость сложения загорелого парня.

Для тринадцати с половиной лет он был крупным подростком. Мемор, пожилой ланиста[6 - Ланиста – содержатель школы гладиаторов.] главной школы гладиаторов Рима, наверняка согласится заплатить за него две тысячи сестерциев, а то и больше. А может, продать их обоих в Лупанарий, роскошный публичный дом, для которого он предназначил Фабиолу? Сексуальные пристрастия его посетителей были весьма разнообразны.

Торговец протянул руку и схватил Ромула за плечо:

– Нужно отнести письмо в дом Красса.

– Великого полководца?

– Его самого.

Глаза мальчика широко раскрылись.

– Ты знаешь, где он живет?

Как и большинство рабов, Ромула редко выпускали на улицу одного, чтобы у него не возникло соблазна убежать. Все же он неплохо знал город и имел представление о том, где находятся дома самых знатных римлян. Он торопливо кивнул.

Жизнь за высокой оградой виллы была чрезвычайно скучной.