Спартак. Гладиатор

Где-то на краю сознания вспыхнула ярость, но сейчас Спартак мог лишь свернуться клубочком в тщетной попытке избежать новых побоев.

– Хватит! – крикнул наконец кто-то. – Вы его убьете!

Воины неохотно отошли.

Спартаку понадобились все его силы до капли, чтобы начать двигаться, но все же он сумел разогнуться и поднять голову.

– Гетас? – прохрипел он.

– Живой я.

Спартак взглянул на красивого воина, который, похоже, был тут за главного.

– Шавка подзаборная! Ты, должно быть, Поллес.

Тот ответил насмешливым поклоном:

– К твоим услугам.

– Если ты хоть пальцем тронешь женщину и детей, я…

– И что же ты сделаешь? – с жестоким смехом перебил его Поллес; его люди ухмылялись.

– Отрежу тебе яйца и заставлю сожрать! – прорычал Спартак. – А потом прикончу!

– Интересно было бы взглянуть на твои попытки. – Поллес пнул Спартака в живот, и того вырвало. – На твое счастье, царь не желает, чтобы вам причинили вред. Во всяком случае, пока. – Он злорадно усмехнулся.

Спартак попытался схватить Поллеса за щиколотку, но глава телохранителей просто шагнул назад.

– Все думали, что ты мертв.

– Как видишь, нет.

– Скоро будешь. Заговор с целью убийства царя, серьезно?

– Уж ты об убийствах знаешь все, – отозвался Спартак. – Сукин сын.

Поллес хохотнул:

– Что, услышал про своего отца?

Вместо ответа Спартак бросил на него полный ненависти взгляд:

– Кто эта крыса? Кто рассказал тебе?

Поллес посмотрел на своих людей:

– Ну что, сказать ему или пусть пока помучается?

– Пусть помучается, потом сам увидит, – жестоко предложил один из воинов.

– Хорошая идея, – промурлыкал Поллес.

– Да пошли вы… – прошептал Спартак. Теперь он вспомнил, как Олинф помедлил, прежде чем ответить. Олинф. Наверняка это он предатель.

– Что вы собираетесь с ними делать? – дрожащим голосом спросила жена Гетаса.

– А ты как думаешь? – ухмыльнулся Поллес. – Этих двоих и еще одного изменника будут пытать на глазах у всего племени.

Женщина кинулась на него с криком ярости, но охранявший ее воин поставил ей подножку. Жена Гетаса споткнулась и упала на полу рядом со Спартаком. Она не попыталась встать, даже когда дети заплакали. Ее тело сотрясали беззвучные рыдания.

Спартака захлестнула бессильная ярость.

– А Ариадна?

– А, выходит, это ты заступился за нее у ворот.