Голубиные дети

– А потом появился король и всё испортил?

Шурик пожал плечами:

– По мне, так он всегда тут был. А эта деревенская история, – он помахал в воздухе рукой, – просто местная легенда. Хоть и красивая.

Пашка вспомнил ветхие пустые избы на краю луга, мимо которых они с Максом пробежали, преследуя голубя. Он хотел было рассказать о них, но не стал. Может быть, ему тоже показалось. Он уже ни в чём не был уверен. В истории Шурика многое тревожило, и Пашка не мог понять, что ему не нравится больше.

– И взрослых тут никогда не было?

– Не было.

– Всегда только дети?

– Ага.

– Которые не росли?

На это Шурик ничего не сказал. В молчании они пролежали какое-то время. Трава укутывала Пашку лучше всякого одеяла, сверху наваливалась усталость, да такая, что языком ворочать не хотелось – вот он и молчал. Когда он почти уснул, Шурик вдруг сказал невпопад:

– Кому-то, наверное, без девчонок грустно, вот и выдумали сказку…

– А кстати, – пробормотал Пашка сонно, – это странно, что здесь одни только пацаны.

Шурик хмыкнул:

– Не знаю, как для тебя, а для меня как раз нормально: девочки отдельно, мальчики отдельно. Может, где-то неподалёку растёт девочковое дерево с девочковой королевой, просто мы его пока не нашли. Или у потерянных девочек вообще другой мир, в который они попадают, например, через платяной шкаф или садовую калитку. Я не удивлюсь… Эй, ты спишь, что ли?

Да, Пашка уже крепко спал под шелест ветра в ветвях ивы.

4

Кто-то тряс его за ногу. С перепугу Пашка брыкнулся, попал в мягкое. На него зашипели:

– Да вставай же! Всё проспишь! – и затрясли сильнее.

– Макс, – пробормотал Пашка, – если ты снова устроил войнушку, давай, тут будет военный госпиталь, а я самый тяжелобольной в мире человек, идёт?..

– Новичок, ты что, заболел?

Пашка заставил себя проснуться и сесть. Зашуршала сухая колкая трава. Из сумрака на него смотрело знакомое лицо: Шурик.

– А, – протянул Пашка.

– И тебе доброго утра.

– А уже утро? – Пашка протёр глаза.

– Ещё вечер, – сказал Шурик. – Ты часа три продрых, я и так до последнего не будил. Но внизу все давно собрались. – Он снова взялся за Пашкину ногу. – Давай вставай, одного тебя ждут.

– Да встаю, встаю, – Пашка выбрался из травы, отряхнул одежду и волосы. – Что, и Мальчишество ждёт?

– Он больше всех! Так ты игру придумал?

– Нет! Я же спал!

– Значит, на ходу соображай.