Минотавр

При этом, если бы твои письма перестали вдруг приходить, в моей жизни образовалась бы пустота. Ты удивлен? А может быть, именно этого ты и добивался – приучил меня, что для кого-то (для тебя) я являюсь идеалом, чуть ли не королевой. Но, кроме тебя, никто во мне не видит того, о чем ты мне все время пишешь. Иногда я думаю (не сердись): «А может, он просто сошел с ума?» Он – это ты, конечно. Ну согласись, это ведь просто ненормально – то, что ты не хочешь со мною встретиться. Пусть это письмо будет последним из тех, что отправляются в шкатулку.

На часах – ровно 17:00. И я ставлю пластинку. Надеюсь, ты в эту минуту делаешь то же самое. Может быть, музыка прояснит тебе, как я хочу тебя увидеть. У нас с тобой друг перед другом нет никаких обязательств, не так ли? И все-таки я о тебе думаю непрерывно. Стараюсь представить, как ты выглядишь. Может быть, я тоже потихоньку схожу с ума?

Появись, прошу тебя.

Твоя Теа».

7

«Tea!

Прости меня. Я имею в виду два последних письма. У меня нет никакого права ни на жалобы, ни на твое сочувствие.

Мне стыдно, и я обещаю тебе впредь так не поступать.

Этой ночью я видел тебя во сне. Не в первый раз, признаюсь. Я стоял на балконе, один, и вдруг увидел тебя: ты стояла у открытой двери и смотрела на меня, улыбаясь. Я повернулся к тебе, ошеломленный, а ты проплыла по воздуху и оказалась рядом. Не обняла меня, не прикоснулась даже. Но потом опустилась на пол, подошла вплотную, поднялась на носки и поцеловала в губы. И я, с детства не уронивший слезы, вдруг заплакал.

Я чувствовал, как слезы текут у меня по лицу. Ты смотрела на меня очень внимательно, а потом сказала:

– Не плачь. Все хорошо. Я твоя. Возьми меня.

– Как? – спросил я. – Как я могу тебя взять?

– В воздухе, – ответила ты. – Возьми меня в воздухе.

Что ты имела в виду, Tea?

Две недели назад я был на твоем выпускном вечере, вам вручали аттестаты. Я сидел в третьем ряду, неподалеку от твоих родителей. Когда ты смотрела на них, твой взгляд скользнул и по моему лицу.

Это был словно ожог, но я был так благодарен тебе за это неожиданное счастье. Как ты и просила, я поцеловал тебя. В воздухе. В моих мечтах. Но ты не узнала меня, ничто не подсказало тебе, что это я.

И так суждено быть всегда.

Я должен исчезнуть из твоего города. Не знаю, как долго меня не будет – месяц, два… три. Или пять. У тебя скоро начнутся лекции в университете. Но я там не рискну появиться – человек, подобный мне, смотрелся бы там явно посторонним.