Цирк чудес. Или опять эти хогбены

Он еще во время оно – тому лет с триста с каким-то там, не припомню точно как того дядьку звали – Паралич или Параноик*, вообщем они на пару с папулей тогда вовсю химичили-алхимичили и, видать, что папуля с тех давнишних еще пор кое что не совсем забыл.

Папулю, что и гусю понятно, никто кроме нас не видел, то есть как он по веревке тараканом ползает, но только веревка сильно тряслась и гимнасты по ней уже не ходили, а сразу мешками сваливались вниз на опилки. Хотя публике такое представленье еще и больше нравилось и у всех

* Парацельс, Теофрастус Бомбастус фон Гогенгейм, врач и алхимик эпохи возрождения.

прямо животики надрывались, когда очередной гимнаст брякался на арену, поднимая пыль столбом.

Так вот и всегда получается: кому-то синяки да шишки, а кому-то смех да веселье. И выходит, то что для одного гадость, то другому – сплошная радость. А отчего такие вот различные настроения образуются толком и прохвессор, который в бутылке не может объяснить. Даже и мамуля уж на что вроде такая мудрая, а про противоположности эти тоже как-то невнятно и загадочно сказывает: «Знать бы, что да откуда – так не надобно бы и чуда» – говорит, вот и разумей значит как хошь.

Но я и до многого еще как-то не больно допираю, видать, просто еще не дорос.

Тут папуля, наконец, сорвался с каната, как рыба с крючка, и тоже свалился вниз на опилки (они, видно, там специально рассыпаны, чтобы падать было мягче) и на время утихомирился, похоже что дедуля наслал на него дрему.

И покуда папуля дрых еще много всякого занятного было: собачки на задних лапках танцевали, акробаты друг через дружку кувыркались, а еще усатый в полосатых штанах дядька заставлял полысевшего от многолетнего употребления тигра прыгать, то в кольцо с острыми ножиками, то в кольцо с пылающим огнем.

– И зачем, Ирод, бедное животное мучает, заставить бы самого прыгать! – глядя на такое насилие рассердилась мамуля.

Тут дядька, словно бы по команде, стал вдруг и действительно прыгать, видно, чтобы показать тигру как это правильно делается, а может и потому, что мамуля так захотела.

Он прыгал то в одно кольцо, то в другое пока ни вспотел и обгорел и тогда стал упрашивать тигра, чтобы и тот тоже хоть разок прыгнул. Но тигр был явно не в тех настроениях и чувствах и ни в какую не желал прыгать, а только грозно рычал на дядьку, а дядька в ответ рычал на тигра и угрожал ему хлыстом и они все никак не могли договориться.