Каждый в нашей семье кого-нибудь да убил

Я не успел даже завести с ней какой-нибудь пустячный разговор, но Энди ждал этого момента и пошел рядом, подставив мне плечо в виде небрежно брошенного «привет», вместо того чтобы вынуть кулаки из карманов и протянуть руку. Холод пронизывал меня насквозь, но теперь я был принужден общаться, а моя куртка продолжала томиться в машине. Ветер был жесток; он находил каждую щелку в моей одежде, влезал под нее и ощупывал меня сверху донизу, будто я должен ему денег.

– Извини за это, – начал Энди. – Не принимай ее всерьез.

В этом весь Энди – хочет одновременно быть своим в доску и защитить жену. Он из тех парней, которые на вечеринке все время говорят: «Да, дорогая», а когда она уходит в туалет, качают головой и добавляют: «Пфф, женщины, да?» Нос у Энди красный, но трудно судить, от алкоголя или от холода, очки слегка запотели. Короткая, угольно-черная козлиная бородка сидит на его лице так, будто взята взаймы у мужчины помоложе; Энди немного за пятьдесят.

– Я не исполнял танец вызывания дождя вчера вечером, просто чтобы позлить ее, – сказал я.

– Знаю, приятель. Это непростой уик-энд для всех. И ты не смейся над ней из-за того, что она пытается немного облегчить нашу участь. – Энди замолчал. – Да ладно, не беда, это не помешает нам пропустить по паре пива.

– Я не смеялся над ней. Просто опоздал. – На крыльце я увидел свою сводную сестру Софию, она курила сигарету и при нашем приближении подняла брови, как бы предупреждая: «Внутри еще хуже».

Энди несколько шагов молчал, а потом, хотя я внутренне молил его не делать этого, втянул в себя воздух и сказал:

– Да, но… – (И я решил: нет более печального зрелища, чем мужчина, который пытается вступиться за женщину, которая сама способна за себя постоять.) – Она столько провозилась с этими приглашениями, и не стоило тебе смеяться над ее таблицами.

– Я ничего не говорил.

– Не сейчас. Когда отвечал на письмо. В графу «Аллергии» ты вписал: «Таблицы».

– О! – произнес я.

София услышала нас и усмехнулась, при этом из носа у нее вылетели две струйки дыма. Эрин, которая не умерла, это тоже понравилось бы. Энди не стоило произносить вслух то, что я написал в колонке «Ближайший родственник» («Это воссоединение семьи, поэтому все, кроме Эвеланш»)[2 - Эвеланш (англ. Avalanche) – букв. лавина; используется как женское имя.], чтобы я почувствовал себя настоящим занудой.

– Я не буду принимать ее всерьез, – добавил я.