Реки Лондона

С другой стороны, там такой поток людей и столько своих собственных бесплотных черт, что выявить что-то новое будет непросто.

Мы дошли до «Ягуара», и тут я спросил:

– А животные способны чувствовать вестигии?

– Зависит от животного.

– Как насчет того, которое все равно уже замешано в этом деле?

– А чего это мы пьем у тебя? – поинтересовалась Лесли.

– Потому что с собаками в паб не пускают, – ответил я.

Лесли сидела на моей кровати. Она наклонилась почесать Тоби за ушами – тот заскулил от удовольствия и стал тыкаться ей лбом в коленку.

– А ты бы сказал, что это специальная охотничья собака, работает по призракам.

– Мы не охотимся на призраков, а ищем следы сверхъестественной энергетики, – уточнил я.

– Он что, правда волшебник? – спросила Лесли. – Так и сказал?

Я начинал жалеть, что рассказал ей.

– Правда. Я видел, как он колдовал и все такое.

Мы пили «Гролш» – Лесли умыкнула один ящик с общей рождественской вечеринки и припрятала в кухне под стенкой, за оторванным куском гипсокартона.

– Помнишь типа, которого мы на прошлой неделе задержали за разбойное нападение?

– Забудешь такое, как же.

Истинная правда – меня в тот раз крепко приложили о стену

– Так вот, похоже, ты тогда слишком сильно ударился головой, – сказала Лесли.

– Да нет же! – сказал я. – Все это существует на самом деле – и призраки, и магия.

– А почему же тогда я не чувствую, чтобы что-то изменилось? – спросила она.

– Потому что все это было и есть вокруг тебя, просто ты никогда не замечала.

– А я думала, ты рационалист, – буркнула Лесли, – и веришь в научный подход.

Она протянула мне новую бутылку, я приподнял – мол, твое здоровье!

– Слушай, – стал я объяснять, – вот мой папа всю жизнь играл джаз – знаешь, да?

– Конечно, – ответила Лесли. – Помнишь, ты меня с ним даже знакомил? Он мне очень понравился.

От этих воспоминаний меня чуть не передернуло.

– А ты знаешь, что главное в джазе – это импровизация?

– Нет, – ответила она, – я думала, главное – петь про большие бабки и деревянные смокинги.

– Забавно, – усмехнулся я. – А вот я как-то раз застал папу трезвым да и спросил, как он понимает, что именно надо играть. И он сказал: «Свою». Идеальную сольную линию просто сразу чувствуешь. Надо только ее нащупать – и все, дальше она сама тебя ведет.