Архитектура любви

Женщина тяжело вздохнула, но все же посторонилась и пропустила меня в глубь квартиры.

За годы работы я действительно насмотрелась всякого и меня наверное, уже было ничем не удивить, поэтому, я профессиональным взглядом сразу же отметила верхнюю одежду, что висела на крючках в прихожей. Бегло пробежалась по изношенной обуви, которая сиротливо примостилась в углу. По одной паре на маму и дочку.

– Соседи на нас пожаловались? – женщина спросила меня, как только я скинула пуховик и повесила его на хлипкий, еле державшийся крючок.

– А что такое? Есть за что?

Я говорила с легкой, едва заметной улыбкой, чтобы вопрос не показался грубым. Вообще, с каждой семьей приходилось налаживать контакт по-своему, очень индивидуально. Не было единого рецепта, или шаблона, но я всегда интуитивно чувствовала людей и отсюда выстраивала линию поведения и разговора, в особенности в первый раз, согласно особенностям каждой из семей.

Женщина хмыкнула, но ничего не сказала, лишь рукой указала в сторону маленькой кухоньки, которая располагалась как раз рядом с прихожей.

– Им все время не нравится, что Катя плачет.

– Детям свойственно плакать, пока они маленькие.

Мы присели за стол, усыпанный хлебными крошками, но похоже, хозяйку это совсем не смущало. Она расположилась напротив меня и опять ее взгляд стал далеким, лишенным сознания и понимания окружающей действительности.

Я быстро достала новую, чистую тетрадку и ручку, а еще, большой лист первичного обхода, который следовало заполнить.

– Итак, назовите пожалуйста свои полные фамилию, имя и отчество.

Пока я задавала общие вопросы, необходимые для отчетности, девочку совсем не было слышно. Видимо, она действительно играла где-то в глубине квартиры.

– Мария Юрьевна, расскажите, почему вы не работает, какие у вас сейчас источники дохода?

Молодая женщина вдруг тихо всхлипнула и по еще щекам полились крупные слезы.

– Я не могу. Не могу. – она судорожно принялась утираться рукавами растянутой, полинявшей кофты. – Не могу работать.

Марию била истерика. Тяжелая, но тихая, без криков и громких возгласов.

– Леша так любил Катюшу. А потом ушел с работы, ввязался с другом в… а потом и меня…и....Помогите мне! – женщина вдруг резко вцепилась в мою руку и тонкие, но сильные пальцы до боли сжали кожу. Я резко вскочила, видя как мгновенно изменился взгляд Марии. Теперь он выражал безумие, панику и боль одновременно.