Верни мое счастье

Она едва могла сосредоточиться, пытаясь противостоять физическому влечению к Маттео, пока ее ласкал его пристальный взгляд.

Когда он наклонил голову направо, желая узнать больше информации о ком-то или о чем-то, Руби радостно поднялась на цыпочки и принялась нашептывать ему имена. Он положил руку ей на талию, растопырив пальцы, и притянул ее ближе, а она мимоходом коснулась губами его щеки.

Его кожа была мягкой, но покрытой щетиной, а запах – невероятно тонким. Он был очень привлекательным мужчиной.

– Повтори, – потребовал он, когда она назвала ему чье-то имя.

Как только она попыталась отодвинуться от Маттео, появился официант с большим подносом с канапе, держа его на плече. Маттео шагнул в сторону, пропуская официанта, и притянул Руби к себе. Она стояла не двигаясь, крепко прижимаясь к Маттео грудью и бедром. Ее переполняло жгучее желание.

Она знала, что должна отойти в сторону, но не могла ничего сделать, поэтому продолжала наслаждаться его самоуверенностью, твердостью его тела и сладким стремлением быть к нему еще ближе.

Официант ушел, и они наконец отстранились друг от друга.

– Кто та блондинка в зеленом, которая идет к нам с твоим директором?

Руби опустила глаза, ей стало совестно. Ее директор доверяет ей. Нельзя его подводить.

– Леди Сисели Бартлетт, – сказала она, сосредоточившись. – Она актриса, но стала политиком. Она собирается говорить о недофинансировании искусства…

– Я впечатлен.

Он взял ее за руку, провел пальцами по ее запястью, и у Руби сдавило горло. Задыхаясь, она запрокинула голову. Она изнемогала от желания и слабела с каждым мгновением. Она должна образумиться, пока окончательно не потеряла голову.

– Мне надо присесть. Я перебрала с шампанским.

Он подвел ее к креслу.

– Это моя вина. О чем я только думал? Как только я закончу с леди Сисели, мы поужинаем.

Ужин? Он хочет ужинать? Или заниматься сексом?

От этой мысли ее сердце едва не выскочило из груди. Она знала, что поедет к Маттео. Он начнет ее целовать и ласкать. И тогда она поймет, что передумала. Она захочет уйти, и он будет сбит с толку и задастся вопросом, что происходит. Она вызовет такси и уедет. Так было всегда.

Но Маттео Россини – покровитель балета, и она не может так с ним поступить.

– Не думаю, что это хорошая идея.