Волк. Поля надежды

И насилие над женщинами в ней не было редким случаем, поскольку практически единственным внешним различием у обоих видов разумных существ были уши, внутри же строение тел было различным, но не столь фатальным, и общие дети были возможны только теоретически. На практике такого не случалось никогда. Но всё случается впервые. И вот – семья из человека и саури. И – общий ребёнок, в чертах которого причудливо смешалось всё лучшее от обоих рас.

Трапеза закончилась, и гостям подали напитки. Владелец роскошного даже по меркам продвинутых цивилизаций дворца ласково погладил супругу по плечу, та улыбнулась в ответ и встала:

– Господин офицер, благородный ююти, мне пора кормить дочь.

Оставляю вас вместе с моим супругом и надеюсь, что вы не поубиваете друг друга.

Оба гостя быстро вскочили. Один – из вежливости, второй – из уважения к статусу и положению хозяйки в кланах. Двери за Ооли закрылись, а Атти наконец перешёл к делу:

– Итак, господин… – и ожидающе посмотрел на офицера, тот понял и представился:

– Капитан Рогов, Дмитрий Петрович.

Силы специального назначения.

Следом назвался и его противник:

– Кейор Димал ас Сарейян. Клан Весенней зелени.

– Ну а я – Атти дель Парда, король этого государства и… – Короткая пауза, потом представление продолжилось: – Бета майора Максима Кузнецова. Русская империя.

– Бета? – не понял саури.

Сидящий рядом с ним спецназовец нехотя пояснил:

– Нами испытывалось некое устройство. Скажем так: в случае, когда нет никаких шансов на выживание, оно переносит психоматрицу в подходящее тело.

– Всё верно, господа офицеры. Так и было. Десять лет назад мой альфа, сопровождая на транспорте «Рощица» специальный груз, попал в метеоритный поток и получил ранения, несовместимые с жизнью. Экипаж корабля погиб, и мне ничего не оставалось, как активизировать экспериментальную установку, перевозимую на борту транспорта под прикрытием постороннего груза. Машина сработала, и я очутился в теле местного подростка Атти дель Парда, заболевшего лихорадкой святого Йормунда, при которой полностью форматируются память и рефлексы.

Можно сказать, аппарат спас двоих – меня и его. Потому что… – Фиориец махнул рукой в понятном без объяснения жесте отчаяния и продолжил свой рассказ: – Дальше оставалось лишь выживать. Несмотря на то что носитель принадлежал к местной аристократии, хозяйство мне досталось нищее, разваливающееся. Ни корабля, ничего, никакой форы или технологических чудес, кроме головы и того, что в ней было.