Брат

Брат

Светлана Степановна Шевчук

Добрая и грустная история о роли любви и добра в жизни каждого человека.

Светлана Шевчук

Брат

На улице было мерзко. Не холодно, а именно мерзко. Та самая погода, которая так усиливает ощущение теплого уютного дома, семейных посиделок и горячего чая. Именно такая погода принесла в этом году Рождество. Самый семейный из всех возможных праздников. Особенно в деревне. В вечерних сумерках каждое светящееся окно открывало словно подмигивало одиноким прохожим и приглашало зайти на огонек.

Василий как обычно шатаясь брел к своему дому. По дороге он оглядывался на эти окна. Только ему они не казались радушными хозяевами, что зовут в гости. Скорее насмешливыми одноклассниками, что дразнят конфетой и прячут ее в карман при его приближении. Чувство знакомое с детства, с каждой порцией алкоголя все больней занозой ныло в сердце.

– Петров, к доске. – Строгая учительница Вера Павловна с особым удовольствием следила за каждым несмелым шагом Васи от последней парты до доски.

Вера Павловна как никто другой знала, как боится Вася Петров быть в центре внимания, как будет заикаться, пытаясь выплюнуть те крохи знаний, которые он сумел так мучительно выучить.

И Вася Петров оправдал ее ожидания. Боялся, краснел, потел, заикался, прятал по-недетски большие натруженные руки за спину, одергивал давно короткую рубашку. Он боялся учительницу, боялся, что весь класс на него смотрит, знал, что все будут сейчас смеяться.

– Садись, Петров. С натяжкой ставлю тебе три.

Вася с облегчением почти бегом бежал к своей парте.

– Завтра родителей в школу. – Словно камнем в спину прилетели учительские слова.

Дети засмеялись.

«Родителей». У Васи не было родителей. Была только мама.

Они жили в деревне, где каждый проступок у всех на виду. А растить ребенка без папы, не буду ни разу замужем, не будучи вдовой – проступок. А еще больший проступок родить этого ребенка от женатого.

И хоть никогда мать ни слова никому не сказала, чей Вася сын, но каким-то чудом вся деревня знала. А мама и не отрицала, и не подтверждала. Так и рос Васька Петровым по маме, и «Гришкин байстрюк» по отцу.

Очередное рождество с уже очень старой и больной мамой только вдвоем. Василию уже самому за сорок, а он до сих пор и не дождался от матери правды об отце. По молодости пытал ее и так, и эдак, да потом и бросил. Пытать бросил, а пить начал. Сильно.