Маленький человек

Как вам такой вариант? – голос охранника был одновременно насмешлив и неумолим.

– Не волнуйтесь, я быстро пересеку взлетное поле.

– Вот до чего нас довели! Товарищ до Греции пешком собрался идти! – послышался из толпы истеричный женский выкрик.

– Забирайте его в кутузку. Вы же видите, он не успокоится, – посоветовала миловидная девушка-регистратор.

– Зачем в кутузку? – усмехнулся веселый охранник. – Подождите. Любезный, вы говорите, что запомнили направление полета лайнера и знаете, куда идти.

– Да, – твердо ответил Иван Васильевич.

– Вот и хорошо, – примирительным тоном продолжил охранник. – Для вас принципиально идти в Грецию именно через взлетно-посадочную полосу?

Иван Васильевич с удивлением посмотрел на говорящего и задумался.

– Мне главное – в Грецию.

– Вот, видите, как хорошо. Проблема решаема. Давайте сделаем так. Сейчас вы выйдете через те двери из аэропорта, обойдете его вот с той стороны и дальше спокойно двигайтесь в направлении Греции, никому не мешая.

Лицо Ивана Васильевича просветлело.

– Хорошо, спасибо.

Стеклянные входные двери аэропорта бесшумно раскрылись и так же бесшумно сомкнулись. Все молча смотрели вслед волочащему большой чемодан пожилому человеку.

Научный сотрудник

Михаил взглянул на дешевые, китайские наручные часы, которые лежали перед ним на письменном столе, и подумал: «Скоро обед, через пять-десять минут откроется буфет и мы поедем, мы помчимся…» – от удовольствия он чуть было не запел.

И так – каждый день. Много ли радостей в жизни у рядового научного сотрудника в рядовом научно-исследовательском институте…

Михаил не мог себе позволить идти обедать куда вздумается – кошелек штука серьезная. Изо дня в день ему светил только пыльный институтский буфет с однообразным меню и вечной буфетчицей старенькой тетей Любой. Но он не унывал, радовался дешевизне обедов и был доволен, что, в отличие от большинства еще более экономных сослуживцев, может не жевать за рабочим столом куски булки с тоненькими ломтиками сыра, а побаловать себя теплым супчиком в буфете.

Путь предстоял неблизкий – буфет находился в другом корпусе, до которого еще топать и топать.

Оказавшись на улице, Михаил не почувствовал свежести нарождающейся, нежной весны – только бензиновый дурман автомобильной магистрали. Вокруг все визжало, гудело и торопилось.

С проспекта он свернул в маленький, спокойный переулок.