Демьяновы сюжеты

Ее расторопность, нахрапистость, пофигическая беспринципность в сочетании с чертовски привлекательной внешностью должны были обеспечить стремительный карьерный рост. Но, увы, почему-то не срослось. Думаю, помешали импульсивность и непредсказуемость – порой такое завернет, что хоть стой, хоть падай! Либо кто-то из ее отвергнутых мужчин – а их было немало – подставил подножку. А может быть, все вместе – и первое, и второе, а также десятое, о котором никто не догадывался.

Итак, Авдотьина исподлобья, тупо смотрела на рабочих, выносивших из зрительного зала связки нарядных и, наверно, очень дорогих кресел, обитых тонкой, темно-вишневой кожей.

А потом вдруг звонко хлопнув себя по округлым бедрам и тряхнув загорелой, упругой грудью, едва не выпрыгнувшей из глубокого декольте, смачно выругалась и, простите, истерично заржала:

– Уроды!.. Завтра стену придут крушить… Вход с улицы понадобился… Магазин приспичило открывать… – сбивчиво голосила она, вставляя слова между резкими стонами, напоминавшими собачее повизгивание.

Страстный монолог, продолжившийся в опустевшем зале, растянулся на четверть часа, никак не меньше. Она, бегала из угла в угол – подсчитывала изъяны в паркетном полу, образовавшиеся после торопливого, а точнее варварского демонтажа кресел. Наконец, когда, слава богу, успокоилась, подошла ко мне почти вплотную и прошептала:

– Демьян, как ты считаешь?.. Только честно… На территории секретного, оборонного предприятия барахлом торговать – это беспросветная дурь или полная капитуляция? Нас же столичный генералитет курирует.

– Против алчности даже армия бессильна, – сочувственно ответил я, не придумав ничего более умного.

– Вот и я полагаю, – неожиданно криво улыбнулась она, сверкнув черными, цыганскими глазищами, густо обведенных розовыми тенями, – одна надежда на Краснознаменный Тихоокеанский флот.

Почему Тихоокеанский? – спрашивать не стал. Понял, так она пошутила.

Всплески ироничного пессимизма стали чем-то обыденным. По крайней мере, многие мои коллеги – обобщенно сотрудники учреждений культуры, а также представители похожих профессий – были сильно разочарованы.

Конечно, гласность, плюрализм, демократия несомненные, жирные плюсы, рассуждали они, но как-то все очень стремно. Знаете, что означает это дурацкое словечко?..

– Нехорошие сны посещают, – загробным голосом балагурил дядя Толя, электрик пригородного парка культуры и отдыха, нередко называвший себя ветераном советского кино. И не без оснований.