Еще немного о любви…

Да! Это все красиво, но чем-то напоминает фарфоровую куклу – возможно из-за ее цвета лица? А дальше все не то: и высокий рост, и худоба, и маленькая грудь, и эти тоненькие ручки, и бесконечно длинные, хотя и стройные ноги…:

– Какая-то несуразица! Гадкий утенок!!! Нет! Даже не знаю, кто! – Аидочка в отчаянии отошла от зеркала.

***

Эти воспоминания из детства, на взрослую Аиду, подействовали благотворно, и боль на время отступила – Аида даже стала улыбаться, предаваясь воспоминаниям.

***

Как же она тогда мучилась из-за того, что внешне не походила на своих упитанных сверстниц. О супермоделях в СССР практически никто понятия не имел. Аида и сейчас помнит, как сжалось ее сердце от слов одноклассника, которого она тогда любила, как могут любить только в детстве. Это случилось перед уроком физкультуры, когда весь класс направился в раздевалку:

– Аидка! Зачем тебе идти в раздевалку с девочками? Пойдем с нами: ведь груди у тебя практически нет! Поэтому разницы никакой – мужская или женская раздевалка.

Аидочка вытерпела это унижение перед одноклассниками – не расплакалась, а дома дала волю слезам. Как же она тогда рыдала!!! И решилась на гадание на зеркалах.

Мама на дежурстве – она врач, и Аидочке никто не помешает заглянуть в будущее… Необходимо только все приготовить к процессу гадания! В своих фантазиях Аидочка надеялась, что зеркало покажет, как тот противный, любимый мальчишка – в будущем будет стоять на коленях перед ней и умолять Аидочку стать его женой! Вот так! Не меньше!

***

Время приближается к двенадцати часам ночи.

На столе перед ней стоят два зеркала, а по обе стороны от зеркал – два подсвечника с зажженными свечами… Зеркала ей удалось правильно расположить друг к другу – Аидочка видит в одном из зеркал, образовавшийся длинный коридор, уходящий далеко в зеркальную бесконечность – и она шепчет в эту бесконечность:

– Суженный мой, ряженный! Приди, покажись мне – Аиде в этом зеркале!

Аидочка внимательно смотрит в этот коридор зеркальной бесконечности, но не видит ровным счетом ничего, кроме непонятных бликов.