ДНИ. Донецкая Новейшая История

За это власть решила нас лишить всех прав, потом изолировала, по сути загнала в гетто, а теперь старается уничтожить. Так какая

же это революция? Скорее самооборона.

Учитель остановился посреди коридора и взглянул на часы: – Извини, Денис, но мне нужно сдать журнал, а тебе пора домой, но я обещаю, что мы с тобой продолжим этот разговор.

Попрощавшись с учеником, Нечаев направился в сторону учительской. Рабочий день подошел к концу, ему осталось лишь заполнить кое-какие документы, и можно идти. Сегодня он обещал своим вернуться пораньше, чтобы всей семьей сходить в парк.

Страшный грохот сотряс стены школы. Со звоном посыпались стекла, воздух наполнился дымом, смешанным со штукатуркой. Взрывной волной учителя отбросило к стене, рядом с потолка упали светильники, в ушах зазвенело и стало трудно дышать. Придя в себя ,он, опираясь о стену, поднялся, и стряхивая с пиджака осыпавшуюся побелку, вошел в учительскую. То, что увидел там Нечаев, заставило его полностью забыть о себе. Вырванные оконные рамы, перевернутые столы, лежащие на полу шкафы, обломки стендов, а главное- люди.

Пятеро женщин лежали под этими завалами и не подавали признаков жизни. Отбросив в сторону портфель, Сергей Викторович бросился к углу, где под упавшим шкафом лежала совсем еще молоденькая учительница русского языка. «Потерпи, Леночка, потерпи, я сейчас,» – шептал он, пытаясь поднять громоздкую мебель.

– Вы держите, а я буду тащить, – раздался вдруг рядом с ним знакомый детский голос. Учитель повернул голову, и встретился взглядом с Денисом.

Пятнадцатилетний паренек, весь чумазый, в побелке, схватил под руки учительницу и, упираясь изо-всех сил, вытащил её из-под шкафа.

– Жива! – радостно сообщил он, услышав тихий стон женщины.

– Хорошо, ты сможешь доставить её в коридор?

– Думаю, да. Елена Евгеньевна не тяжелая.

– Тогда давай, а я займусь остальными.

– Хорошо. Сергей Викторович, у вас с головы течет кровь.

– Да? Потом, все потом. Сейчас главное они, – Смахнув с глаз кровь ,Нечаев подхватил под руки другую женщину.

Взрыв очередного снаряда заставил его и Дениса упасть навзничь, но на этот раз удар пришелся по школьному двору, принеся в учительскую лишь новую порцию пыли и дыма.

– Вставай, родной, слышишь, вставай! – прокричал он, тряся мальчишку за плечо. Тот поднял голову, осмотрелся, встал и потащил в коридор стонущую учительницу. На радость Дениса и Нечаева все женщины оказались живы. У троих были переломы, две контужены, но главное – живы.