О чем молчат ангелы

 – Сгораю от нетерпения узнать, как обстоит дело с фруктовой диетой.

– Даже не начинай. Я умираю с голоду. С самого обеда не ела, – она помедлила. – Если не считать тамалес. А я их не считаю.

Ви была чувственной, по-скандинавски светловолосой и в неконсервативном понимании невероятно привлекательной. Бывали времена, когда только наша дружба стояла на пути моей зависти. Единственное, в чем я выигрываю у Ви, – это ноги. Ну и, возможно, обмен веществ. Но уж точно не волосы.

– Надеюсь, он скоро принесет картошку, – сказала Ви.

– Сальса делается из помидоров, – заметила я. – Это красный. И авокадо – это фрукт. Кажется.

Ее лицо посветлело.

– И закажем безалкогольные клубничные дайкири.

Ви была права. На этой диете не так уж сложно сидеть.

– Я на секунду, – она встала из-за столика. – Те самые дни. А потом я хочу услышать все до последней детали.

Поджидая ее, я вдруг поймала себя на том, что наблюдаю за парнем, который убирался на расстоянии в несколько столиков от меня. Он был весь в работе – оттирал тряпкой стол. Было что-то до странного знакомое в его движениях, в том, как рубашка облегала стройную спину. Словно бы почувствовав, что на него смотрят, он выпрямился и повернулся, посмотрев мне в глаза ровно в тот самый момент, как я поняла, что в нем показалось мне таким знакомым.

Патч.

Мне было трудно поверить в это.

Он подошел, вытирая руки о фартук, и, очевидно, наслаждаясь тем, как я смущенно искала возможность сбежать и не нашла другого выхода, кроме как глубже забиться в кабинку.

– Так-так, – протянул он. – Видеть меня пять дней в неделю недостаточно? Решила посвятить мне и вечер тоже?

– Приношу свои извинения за это неудачное совпадение.

Он опустился на стул Ви и положил руки на стол – они оказались такими длинными, что захватили часть моей половины.

– Здесь все места заняты, – сказала я. Он не ответил, тогда я отобрала свой стакан и сделала глоток воды, нечаянно проглотив кусочек льда. Он обжег мне все внутри. – Тебе случайно не надо работать вместо того, чтобы болтать с клиентами?

У меня перехватило дыхание. Он улыбнулся.

– Что ты делаешь в воскресенье вечером?

Я фыркнула. Нечаянно.