Плюш и Ко

Предположения были разные, допускались и такие, что на экранах прикрывают цензурными маркерами. Сам он сидел через ряд от нее, и надо отметить, что поведение Глена не выдавало в нем суеты и тревоги. Обращения учителя к ученикам закончилось, все разбрелись, и класс опустел.

Патриция не находила себе места.

– Ты чего мечешься? Говорить он будет со мной, а не с тобой. – мычала Зум-Зум.

– Твоими вздохами паруса надувать! – ворчала Патриция. – Пока Глена не видно, я схожу к шкафчику.

Зум-Зум смотрела невидящим взглядом на улицу.

Глен вошел в класс бесшумно, как кошка. Он сел за парту около Зум-Зум, вытянув перед собой длинные ноги. И только сейчас можно было заметить волнение на его лице – он часто моргал, поминутно обливал губы, барабанил подушечками пальцев по парте. Зум-зум положила перед собой телефон, словно дорожный разграничитель, медленно села на стул по-ковбойски, повиснув на его спинке.

– У меня к тебе разговор. – наконец, произнес Глен.

– Это понятно. Начинай. – кивнула Зум-Зум.

– Я случайно поприсутствовал при вашей грустной сценке с Шеллом. – Глен смотрел в сторону.

– Что!? Каким образом?

– Я шел в корпус, вы стояли на нижней площадке в самом проходе, беседа ваша уже началась, прервать ее, как мне показалось, было бы неправильно, поэтому выдать себя я не мог, остался за дверью. Пришлось дождаться эпического конца за дверью.

В эту минуту к классу вернулась Патриция, которая моментально превратилась в белое полотно, как только заметила Глена в классе. Собственные ноги предали ее, она не могла сделать и шага, шуршащий пакет, который она держала в руках, в оглушительной тишине коридора, казалось, нестерпимо хрустел. Не отрываясь, она смотрела на беседующую пару и теперь сомневалась, что ее присутствие здесь необходимо.

Телефон Зум-Зум зашумел, она прочла сообщение.

– Патриция сообщила, что ушла домой одна, покинула меня.

– Если хочешь, я помогу тебе сбросить вес. – Глен впервые посмотрел прямым взглядом. Только сейчас она увидела его неестественно синие глаза.

– Как это понимать?

– Я состою в трех спортивных секциях, а еще мой отец врач, так что о здоровом теле я кое-что знаю. Во мне, как ты можешь убедиться позже, 2 процента жира.