Саботажница

Спустя много лет, Вера дала мне возможность лично убедиться в этом.

Ее друзья, тем не менее, показались мне довольно приятными людьми. Их съемные квартиры были основательно – и в примерно равных пропорциях – захламлены буддистской и индуистской атрибутикой; всякого рода ароматическими свечами, лампами, гирляндами и светильниками, всевозможными пледами, накидками и покрывалами с замысловатыми узорами самых ядовитых расцветок; ковриками для медитации, приспособлениями для курения всего, что возможно было курить, наборами для чайных церемоний и тому подобным.

Почти все они были образованными, и почти никто не имел определенного рода занятий. Источники их доходов были довольно туманны. Большую часть рабочего дня они нередко проводили во сне.

Дольше и ближе прочих, Вера знала Олега и Алину – молодую супружескую пару из Подмосковья; старого друга их семьи Сашу, который приехал в Прагу из Петербурга и единственный из всех был постоянно трудоустроен – он работал в консалтинговой компании, печально известной тем, что она помогла подсадить миллионы американцев на опиоидные обезболивающие; и, наконец, Аду, которая была ее однокурсницей.

Чаще всего, компании психонавтов собирались у Саши. Он снимал большую квартиру в старом доме на Смихове; с его просторной террасы открывался роскошный вид на реку, и психонавтам нравилось подолгу разглядывать лунную дорожку и очертания моста Палацкого. Саша любил повторять, что за годы в Праге он спустил на наркотики и шлюх сумму, которая могла бы стать первым взносом за эту квартиру; принимая во внимание местную дешевизну веществ, можно было прийти к выводу, что стимуляторы, эйфоретики и эмпатогены делали его на редкость любвеобильным.

Замечу, что всякий раз, как он заводил эту пластинку про шлюх и даунпеймент, меня, в некотором смысле, съедало любопытство, ведь под экстази – по крайней мере, под достаточно большими дозами – секс для мужчины практически невозможен. Однажды, в очередной раз услышав о его расходах, я со всей возможной деликатностью поинтересовался, что конкретно он делает с труженицами – и его ответ не удивил меня: в основном, в МДМА-трипах ему просто хотелось полежать в обнимку с какой-нибудь голой девицей и поговорить по душам.

Одно время он даже горел идеей найти идеальную собеседницу для таких оказий. В своих поисках довольно скоро он обнаружил, что для разговоров по душам местные девушки, чешки и словачки, годились меньше всего – и дело было вовсе не в языковом барьере.