Московские были

Постараюсь в ближайшую субботу навестить Викентия Ниловича.

Доклад сжала до трех страниц. Получилось не так доходчиво, многое пришлось опустить. А в субботу поехала к знакомому дому в Козицком переулке. Дверь открыла дородная женщина в белом медицинском халате.

– Вы к кому?

– К Викентию Ниловичу.

– К нему нельзя, он очень болен.

Из комнаты донесся знакомый голос:

– Мария Федоровна, кто там пришел?

– Викентий Нилович, это я, Оля, ваша натурщица, помните меня?

– Олечка? Мария Федоровна, ведите ее сюда скорее.

Женщина с явным неудовольствием пропустила меня в квартиру:

– Только недолго, Викентий Нилович очень плохо себя чувствует.

Викентий Нилович действительно выглядел совсем неважно. Он и раньше был худощав той старческой худощавостью, которая увеличивает количество морщин на лице, но делает пожилого мужчину стройным, подтянутым. Теперь на лице остались только вытянувшийся острый нос и глаза. И эти глаза смотрели на меня с улыбкой. Не знаю, насколько плохо он себя чувствовал в этот момент, но явно пытался радоваться.

– Олечка, какими судьбами? Ты присядь в кресло, мной тут командуют, но сейчас потерпят.

А голос, голос все тот же, хрипловатый, чуть насмешливый.

– Мне Валентин Павлович сказал, что вы немного прихворнули.

– Хорошо сказал. Немного! Да, он звонил, доложил, что видел тебя, расхваливал твой доклад. Очень меня порадовал.

– А что с вами, Викентий Нилович?

– Во-первых, просто Викентий. Ты что ж забыла, как меня называла? А болезнь простая – рак.

Мой врач говорит, нужно готовиться. Впрочем, зачем тебе это? Я еще живой. Лучше расскажи о себе. Не вышла замуж? Пора бы уже.

– Нет, Викентий, никто меня не берет.

Я рассмеялась:

– Да я и не хочу замуж. Поздно уже.

– Что ты говоришь? Никогда не поздно начать жить с хорошим человеком. Другое дело, что хорошие люди не растут вдоль дороги. Открою тебе секрет: я очень жалел о том, что ты от меня уходишь.

– Что вы, Викентий. Это ведь вы сказали, что мы выполнили наш контракт.

– А что я мог сказать? Просить, чтобы ты осталась у меня еще на какое-то время? Признаться, я даже хотел предложить тебе двойную плату, но побоялся, что ты обидишься.

А если по чести – совестно удерживать девушку возле старика. Знаешь, я все хотел предложить тебе деньги, что бы ты осталась еще у меня натурщицей, хоть на какое-то время, но стеснялся. Я же видел, что тебе нужно было расти не около старичка, а самостоятельно. Или, еще лучше, вместе со своим сверстником.