Сомниум

Раздались смешки.

– Где ты это откопал? – спросил рыжий, давясь от смеха.

– Где надо, там и откопал, а вам не дам! – ответил старый чудак, вставив перо так, что теперь оно свисало набок из его длинной шевелюры.

– Постой, дай взглянуть, – сказал Эрроу, вставая с земли.

Он направился к Энди. Тот, нахмурив лоб, слегка отстранился от него, но позволил парню потрогать хрупкую конструкцию на своей голове.

– Это очень похоже на перо из хвоста птицы Квезаль.

– И что с того? – сердито хмыкнул Энди.

Эрроу с минуту теребил перо между пальцами, потом, выпустив его, молча отправился на свое место.

– Эта птица неспособна жить в неволе. Если посадить ее в клетку, она погибнет, – сказал он печальным голосом, когда снова уселся рядом со мной.

– Ей тут, наверное, неплохо живется, она ведь не знает, что это территория тюрьмы, – усмехнулся Иннермост, запустив конопатую руку в рыжие волосы.

Эрроу уткнулся подбородком в согнутые колени.

– Сегодня ровно год, как я в Эль-Пасо. Мне кажется, я никогда не смогу привыкнуть, я хочу на свободу, – вдруг произнес он.

«Ну и слюнтяй! Опять жалуется», – подумал я и предложил:

– Может, отпразднуем?

– К чему ты это сказал? – спросил он зло, повернувшись ко мне вполоборота.

– Так… А что еще сказать? – пожал я плечами.

– С тобой невозможно говорить о прошлом! Ты всегда уходишь от темы, – предъявил он мне с досадой.

– Не вижу никакой необходимости вспоминать прошлое.

– Но почему? – удивился он. – Ты ведешь себя так, будто и на воле не жил никогда, а родился здесь, в тюрьме!

– Аэр тут с детства живет, – посмеиваясь, вмешался рыжий. – Что ты от него хочешь?

У меня прилила кровь к щекам, и я вскочил на ноги.

– Эрроу, ты жалкий трус, – сказал я со злостью, пытаясь овладеть ситуацией и отвести разговор от собственной персоны. Я стоял перед ним, а он продолжал сидеть на земле. – Ходишь тут со своей тоской в глазах, будто тебе делать больше нечего! Да всех тут тошнит от тебя! Просто никто не говорит тебе в лицо! – меня понесло, и я себя уже не контролировал.