Милый Эдвард

Сначала выплатят пособие Эдварда по потере кормильца, затем – страховку, если родители ее оформляли. Для всех остальных действий потребуется время, и я не хочу, чтобы кто-то навязывал вам какие-либо юридические услуги.

– Хорошо, – машинально кивнула Лейси, хотя очевидно, что сейчас ее интересовало другое. В углу комнаты стоял телевизор, его звук был выключен, внизу экрана красовался баннер с надписью «ЧУДО-МАЛЬЧИКА ПЕРЕВОЗЯТ В БОЛЬНИЦУ РЯДОМ С ДОМОМ РОДСТВЕННИКОВ».

– Иногда люди ведут себя просто ужасно, – сказала Сьюзан.

Эдвард заерзал на кровати. Он повернул голову, обнажая покрытую синяками щеку.

– Кое-кто из родных погибших хотел увидеть его, – продолжила она. – Но мы их не пустили.

– Господи, – выпалил Джон. – Почему они хотят его видеть?

Сьюзан пожала плечами:

– Может быть, потому, что Эдвард был последним, кто видел их близких живыми.

Джон издал негромкий стон.

– Простите, – сказала Сьюзан, ее щеки порозовели. – Мне следовало сформулировать фразу иначе.

Лейси села в одно из кресел, стоящих у окна.

– И еще, – добавила Сьюзан. – Президент собирается позвонить.

– Какой президент?

– Соединенных Штатов.

Джон громко рассмеялся, разряжая воздух комнаты. Напряженный воздух. Воздух, будто бы с нетерпением ожидающий следующего слова от мальчика, лежащего на кровати. Воздух, оглушающий каждого, кто входил в комнату, отделяя тем самым тех, кто пережил утрату, от тех, кому посчастливилось сохранить самое дорогое.

Лейси прижала руки к засалившимся волосам, и Джон сказал:

– Он не сможет тебя увидеть, Лейс, разговор состоится по телефону.

Мальчик проснулся, когда медсестры брали у него кровь и измеряли пульс. Вот-вот должен был раздаться звонок.

– Я здесь, – сказала Лейси. – И дядя Джон тоже.

Эдвард скривил лицо.

Лейси почувствовала укол паники: ему больно? А потом поняла: он пытается улыбнуться, приободрить ее.

– Нет-нет, – прошептала она, а затем обратилась к присутствующим: – Мы готовы к звонку?

Когда она повернулась к Эдварду снова, тот не двигался.

Рядом с кроватью поставили новенький телефон, и Сьюзан нажала на кнопку громкой связи.

– Эдвард? – Глубокий голос наполнил комнату.

Мальчик лежал на кровати, и в глазах окруживших его взрослых он выглядел совсем хрупким.

– Да, сэр?

– Молодой человек… – Президент выдержал паузу. – Ни я, ни кто-либо другой не можем сказать что-то, что будет иметь для тебя значение в эту минуту.