Про что кино

Таня все же окончила музыкальную школу и понимала – и правда, играть он не умеет: примитивные аккорды, играет без медиатора, ломает пальцы, рвет струны…

– Все эти рокеры какие-то… грязные… а твой гений некрасивый…

– Ты, ты!.. – шепотом вскрикнула Таня, наступая на Алену. – Как ты можешь?! При чем здесь его внешность? Это же стихи! Настоящие! В его текстах такая энергия! Он гений, ранимый, нежный, у него душа болит за весь мир, ему так больно за несовершенство мира, что у него сердце разрывается… Он поет о любви, не произнося слово «любовь»!.

Она впервые в жизни повысила голос, и это оказалось совсем не страшно – как будто стала ведьмой, села на метлу и понеслась. Алена попятилась и, поскользнувшись, упала на кучу из чужих курток, сваленных у двери, а Таня стояла над ней и страшным шепотом повторяла:

– Ты, я… если ты не понимаешь, ты мне больше не друг!..

– Ах, вот ты как? Это я тебе больше не друг, – сидя на полу, угрожающе зашипела Алена.

Девочки разошлись, надувшаяся Алена отправилась в угол комнаты, подальше от него, а Таня – к нему, торопясь занять свое место рядом с ним.

Он спел несколько песен, отложил гитару, сказал «сейчас приду, только воды попью», Таня привстала – «хочешь чаю, я сделаю!», он отрицательно мотнул головой, двинулся на кухню, и она за ним. Все засмеялись – может, человек в туалет пошел, а она пристает со своим чаем, и Алена презрительно скривилась, но Таня, обычно такая чувствительная к тому, что о ней подумают, не поняла, что выглядит навязчивой, такой же, как девочки-поклонницы, не сводящие глаз со своих кумиров.

На кухне они были одни. Потом Таня не могла вспомнить, как крепко он ее обнимал, она хорошо, до деталей помнила кухню, с укромными уголками, с огромной, как комната, кладовкой, где он сидел на полке и ел варенье, и они вместе ели варенье…

– У меня твои стихи, тетрадка, зеленая, за две копейки… – заторопилась Таня.

– Выброси, я еще напишу, – отмахнулся он.

– Как выброси?! Ты что?! Это же стихи…

– Зачем они мне, печатать их, что ли?.. Тебе правда понравилось?

– Да, да, это гениальные стихи…

Он обнял ее, прижал к себе. На полке лежала чья-то черная фетровая шляпа с большими полями – такие шляпы надевают на маскарад, он нахлобучил шляпу на Таню, сказал «красивая», – Таня или шляпа?..