Неудержимость VII

Но это же моя физиологическая особенность, а не пассивный навык? Или как? Девушка переместилась на противоположную сторону палатки, сев напротив меня. Ничего не могу рассмотреть. И дышать нечем. Покалывание уже перешло полностью на пальцы, а ещё и головку члена стало также холодить.

“Что ты… мне дала?”, – пытаясь вдохнуть воздуха, которого тут не было, смог я лишь прохрипеть. Но она не стала отвечать на вопрос, лишь мягко сказав: “Не переживай… Скоро мы уже выйдем отсюда.”. Я вдруг подумал о том, что этот дым может как-то не так повлиять на меня, и, потрогав свой лоб, судорожно проговорил: “Этот дым… Он же… не проявляет… что-то скрытое?”.

На этот вопрос Роал удивилась: “А ты… что-то скрываешь?”. И я психанул: “Хватит менять темы и отвечать вопросом на вопрос!”. В голосе девушки зазвучали железные нотки, она явно стала недовольна тем, что я сорвался на неё, но на этот раз она ответила: “Да. Дым… может… раскрыть скрытое… Он же очищает… но, как я уже говорила, это для духа… на тело он слабо влияет…”.

“Почему же часть… моих навыков… точнее физиология… тут не работает?.. Моё ночное зрение… не работает…”, – уточнил я, на что Роал пожала плечами и с неохотой пояснила заново: “Это же дым… он влияет на ощущения… на разум…”. Замолчав и показывая всем своим видом, который я мог рассмотреть в очертаниях её фигуры, что она не намерена больше говорить, Роал прикрыла глаза. А тем временем покалывание поднялось выше, поглотив мои ладони, стопы и весь член целиком, а к ним присоединился и кончик языка.

И я проигнорировал её нежелание разговаривать со мной, снова спросив: “Так что будет с другими двумя Роал? Когда их… убьют?”.

Девушка, хоть и дёрнулась телом, издав перезвон цепочек на своём теле, но всё же спокойно ответила: “После того, как Асшах завершится. Ты всегда так много спрашиваешь, словно покалеченный…?”. В этот раз уже она, язвительно ответив, сорвалась на меня, а я сразу же сказал то, что было у меня на уме: “Это всё дым…”.

Девушка дёрнулась, открыв широко глаза и внимательно посмотрев на меня, будто я только-что открыл некую истину для неё и тут же извинилась: “Да… Прости меня, мой… во…вождь…”.

Я снова пригляделся к теням, в которые была укутана её фигура. Она сидела с ровной спиной, кротко поджав ноги вместе и положив ладони на колени, словно прилежная студентка. Но в очертаниях фигуры я отметил, что тело её было тонким и длинным, а объём бёдер, что были на табурете, дорисовывали разуму её спортивную и крепкую фигуру.