ХРД

– Все! Я не могу на это смотреть, – с раздражением в голосе сказала Марина Нуянзина, жена изменщика.

– Хорошо, – ответил мужчина в белом халате с биркой «Иван Архипов. Хирург. Программист – восстановитель» и спокойно скомандовал: – Вывести на экран состояние организма больного.

На экране появились показатели Олега Нуянзина. А сам он, точнее его изуродованная голова, правые нога и рука лежали в прозрачной хирургической капсуле восстановления. Внутри капсулы шла работа: сгустки из миллионов наноботов собирали заново и восстанавливали тело мужчины.

– Чертов предатель, – буркнула Марина.

– Об этом сказать сложно, – ответил Иван Архипов. – Отношения вашего мужа и этой женщины – это всего лишь плод воображения, которое проецирует виртуальная реальность в данный момент. И мы не можем сказать с уверенностью, так ли развивались бы события. В тот день вы попрощались со своим мужем возле бизнес-центра компании «НОВЫЙ СОЮЗ», он вошел в здание, зашел в лифт вместе с Лидией Бойко, с которой, по предварительным данным, он не был знаком и во время того, как они начали подниматься на лифте, произошел взрыв.

– Долбанные террористы, – пробубнила Марина.

– Да, – продолжил Архипов. – Бойко погибла окончательно, а вот мозг вашего мужа почти не пострадал, и мы подключили его к виртуальной реальности, в которой ваш супруг переживает сотню вариантов того дня, в котором он будто бы не был на волосок от полной смерти.

– А эта Лидия, кто она? Кем она была? – спросила Марина.

– Она была новым специалистом «НОВОГО СОЮЗА». Ей было девяносто восемь лет. У нее остался муж, двое детей и один внук.

– Значит, Олег меня не любит, раз изменяет мне в своих виртуальных фантазиях внутри этой штуки? – спросила Марина, показывая пальцем на прозрачную хирургическую капсулу восстановления.

– Я повторюсь, – ответил Архипов, – мы не можем говорить об этом с уверенностью. Человеческий мозг, тем более поврежденный, способен создавать другие варианты хода событий дня своей «смерти». И какой из этих вариантов является истинной – мы не знаем.

– Хорошо, – сказала Марина и зарыдала…

– Эта уже пятая попытка узнать истину, – сказал полицейский, указывая на голографический «экран».