Предатель

– Мальчики, не спорьте! Вы у нас оба выдающиеся адмиралы. Но мы всё равно не перестали бы вас любить, даже, если бы вы были разжалованы в матросы! – подыгрывает им Юля.

– Товарищ адмирал, что-то я не только лампасов на твоих штанах не вижу, но даже яхты у причала. Смотри, а то твоя морячка может бросить своего флотоводца и уйти к другому, более успешному корсару, – язвительно добавляет разгорячённая алкоголем жена Глеба.

– Ну что ты, зайка! Со дня на день русский нелегал – подполковник Дмитрий Трамплинов, позывной «Дональд», начнёт нас с Николаем забрасывать особо ценной информацией.

Компания дружно смеётся и в традициях русских застолий продолжает веселиться, выпивать и закусывать всё, что им послал в этот вечер Бог.

Но даже самый сильный голод, в ходе стандартных дачных посиделок, рано или поздно сменяется насыщением! Именно в этот момент наступает миг настоящей русской правды, который именуется – «А поговорить по душам!», благодаря этому феномену русскому человеку незачем ходить к семейным психотерапевтам, так как все проблемы разрешаются с помощью доступной сыворотки правды.

Гостиная дачи Глеба, диван на котором сидит хозяин и его жена, в кресле сидит Юля, перед ними небольшой стол с закусками и напитками. На заднем плане камин, в котором приветливо потрескивает огонь. Сбоку на табуретке сидит Николай с гитарой, он поёт песню:

…Где-то волны катают со стоном Волга, Днепр или сам Енисей,

за Гудзоном он дышит озоном, заплатив именами друзей.

Но спиной к нему новый приятель не решается стать как не смел,

он то знает, что рядом предатель этот малый, что всюду успел.

Он и был среди нас, он и жил среди нас, он и пил среди нас он и ел,

и песни наши русские он вместе с нами пел.

И снова не поймёшь никак судьбу ты до конца, когда она в заложниках у подлеца.

Ах, какие играли мы сцены, наши главные роли не счесть!

Я хочу, чтоб не падали цены на достоинство, дружбу и честь.

А ещё я хочу, как и каждый, продержаться до Судного дня,

и в глаза посмотреть хоть однажды тому парню, что предал меня.

И снова не поймёшь никак судьбу ты до конца, когда она в заложниках у подлеца.

Николай завершает песню, ставит гитару, у него отрешённый взгляд, видно, что его мысли находятся где-то совсем далеко, и это очень грустные мысли. Женщины аплодируют.