Осколки королевства

Барон Сторс Эдвинский находился при дворе и проживал вместе с семьей в одной из гостевых усадеб у королевского замка Эрдинвиль-на-Терегонне. Это был мужчина лет сорока, высокий, наголо бритый с небольшой остроконечной бородкой и тяжелым взглядом. Валерка встретился с ним в небольшой обеденной зале, где часом ранее барон проводил военный совет. Сторс Эдвинский был облачен в кожаные клепанные доспехи с гербом своего дома на груди – фиолетовые горы в закате. Он не сдвинулся с места, когда в комнате появился Валера – лишь безучастно бросил на него мимолетный взгляд и спросил:

– Что умеешь?

Голос его звучал раскатом грома.

– Ничего, – ответил Валера.

– Моя дочь за тебя просила, – барон поднял глаза. Говорил он медленно, протяжно, как будто обдумывая каждое слово. – Зачем ты тратишь мое время?

– Я не знаю ничего о вашем мире, – выпалил Валерка. – Я пришел сюда, потому что меня попросила Глинея…

– Леди Глинея, – пробасил барон.

– Меч… – задумался Валерка.

– Будешь учиться вместе с другими новобранцами, – снова раздался бас Сторса Эдвинского. – Времена сейчас сложные. Короне нужны воины, а воинов королю предоставляют его верные вассалы, такие как я. Как только зазвонят колокола, вместе с другими солдатами под стягами Эдвинского дома отправишься на войну. Будешь отстаивать честь нашего дома и если повезет – выживешь. А если нет – хотя бы умрешь с мыслью, что пытался сделать что-то хорошее для своего королевства.

– Я и в армии-то не служил… – покачал головой Валера. – Других вакансий не найдется?

– Ты слишком туп для чего-то другого, – сделав небрежный взмах рукой, сказал барон и верхняя губа его исказилась в пренебрежении. – Покажешь себя, будешь моим оруженосцем – мой последний был забит до смерти палками, за то что наполнил кубок не тем вином, так что место пока свободно. Сейчас найди капитана Ротгерта, он во внутреннем дворе.

Валера больше ничего не ответил. Он сделал все, как сказал барон и в тот же вечер стал солдатом армии барона Эдвинского, которая насчитывала немногим больше пятисот человек. Получил герб на грудь, доспехи – большие, неудобные, местами пробитые, и даже коня по кличке Шорох.