Мечом и словом

Тот только и успел выставить щит, но огненные стрелы, которые сначала падали и разбивались о него, вскоре начали плавить метал, да и сам щит раскалился до красна, так что воин поспешил его сбросить и тут же одна из этих стрел поразила его насмерть. И когда взгляд темного всадника вновь переключился на Васю, когда он едва успел поднять руку, чтобы произнести очередное заклинание, за спиной его мелькнула тень, а потом чья-то рука вознеслась над его головой и обрушила удар в затылок. Галапакс покачнулся, его повело в сторону и он выпал из седла, рухнув на землю.

Позади него стоял Бокер Фитч с небольшой дубинкой в руках. Он пинком отбросил лежавший у обезвреженного мага скипетр и проговорил:

– Господа, мне думается, нам пора продолжить путь.

И они двинулись дальше, только теперь в их отряде стало на четверых меньше – в бою пали три гвардейца и один рядовой доротей. Бокер Фитч распорядился похоронить воинов близ тракта и еще несколько часов оставшиеся в живых копали могилы, чтобы погрести собратьев с почестью.

Лошади убитых несли в своих седлах пленных – двух раненных галапаксов и обезвреженного боевого мага, привязанного к седлу и скованного по рукам и ногам.

– Такие засады теперь не редкость, – говорил Бокер Фитч по дороге. Его зацепила вражеская стрела и левая его рука была наскоро перемотана куском ткани. – Подрывная деятельность, которую развернули лоялисты на территории Смежного удела, уносит десятки жизней наших ребят ежедневно.

Но это была не просто засада, – генерал с опаской поглядел на пленного мага. Рот его был перемотан, а глаза завязаны.– Эти, похоже, подготовились к тому, что мы пойдем именно здесь. Еще и боевой маг… Они явно ожидали серьезную стычку.

– Кто знал о том, что мы прибываем в Эрдарию? – спросил Вася.

– Немногие, – задумчиво ответил доротей. – И если кто-то играет на две стороны, нам нужно вычислить предателя как можно скорее. Это может стоить нам проигранной войны.

Земли Смежного удела, некогда благодатные и цветущие, теперь были истощены войной. Зеленые залитые солнцем луга испещряли окопы, на трактах каждые пять миль стояли заградительные посты с вооружённым ополчением. Фермеры и крестьяне все ушли в армию – поля пустовали, на фермах теперь было не услышать запаха свежего хлеба и даже шахтеры, добывающие серебро, которое являлось основой благосостояния Смежного удела, взяли в руки вместо кирок мечи.