Розы злы. Трилогия

Сделала наброски на листах примерных рисунков, которые оставляют сектанты – сатанисты. Продумала, где лучше я размажу кровь. Освободила стену в зале от старой, дурацкой картины. Купила дождевик, нашла старые перчатки, надела на ноги пакеты и завязала скотчем, чтобы не слетели. Я подготовилась. И в день икс, нацепив на себя этот «костюм», начала ждать.

Я прождала Юрку весь вечер и, не дождавшись, решила поесть, в животе урчало. Погрела суп и, сняв с себя дождевик и перчатки, почувствовала запах дезодоранта и пота.

После ужина, решив, что душ подождет, вновь облачилась в свой костюм маньяка-убийцы, села на диван. Включила телевизор и в таком виде уснула.

Мой брат пришел только под утро.

Я проснулась от звука лязгающих ключей и, вскочив как в бреду, спряталась за шкафом, понадеявшись, что меня не было слышно.

Юрка был как всегда пьян, я поняла по голосу, он звал меня.

Под моим целлофановым костюмом футболка и трико были насквозь мокрыми от пота, глаза щипало. Из коридора послышалось стандартное приветствие, вроде: – «Люда, я дома. Где ты сука?».

Я снова струсила, страх сковал мое тело.

Я хотела все бросить, отказаться от задуманного, но всего лишь через пол минуты я вновь была тверда в своих намерениях.

Юра зашел в зал и, не заметив меня, пробубнил себе под нос слова, которые, я отчетливо запомнила:

– Наверно ушла на работу, к своим говнорям. Тварь. Долбанная тварина. А она изменилась, стала красивой, сочной, титястой. Надо, когда она придет, набить ей морду и отодрать в зад как последнюю шлюху. Хех, может в этот раз, она не будет ныть как сучка. Может, ей даже понравится. Может, она еще спасибо скажет. Ха-ха-ха. А потом станет умолять меня, чтобы я драл ее каждый день.

Страх ушел, уступив место злости, ненависти, безумию. Перегар ударил мне в нос. Я больше не была жертвой, я стала хищником. Зверем. Моя рука вонзила нож в спину брата. Он заорал от боли.

– Давай! Ори, мерзкая гнида!

Я, с трудом, вытащила лезвие из его плоти и вонзила снова. Он упал на живот. Я вогнала нож ему в горло, потом в щеку, потом еще раз в горло. Моя жертва не сопротивлялась. Ее покинули силы. Я и не думала, что все пройдет так легко.