В плену чужой страсти

Если бы Мэри Борромео не была одной из немногих, кто относился к ней довольно дружелюбно, Сьюзен отказалась бы. Брат Сьюзен, Линус, не захотел сопровождать ее на свадьбу. И никому нет дела, что она всю свадьбу потягивает коктейли с джином в баре.

Она знала, как к ней относятся. За глаза ее называли мегерой. Ни для кого не секрет, что она – наименее популярный член семьи Кольер в «Кольер соуп». Ее сводные братья унаследовали все положительные черты Кольеров: шарм, высокий рост и стройную фигуру. А она не получила от Коль еров ничего.

И как говаривала ее мать, она также не унаследовала ни одной положительной черты от семьи Куинн. Если только не считать слабого сходства с двоюродной бабушкой Рут.

Бармен принес еще один красный коктейль, на этот раз добавив в него больше вишневого сока. Сьюзен простила ему его предыдущий вопрос. Он – хороший парень, этот бармен. Ей нравилось, как его красная фланелевая рубашка и аккуратная бородка, белая, как у Санты, сочетаются с рождественским декором.

– А как он называется? – спросила она, когда он поставил перед ней бокал. Коктейли назывались по-праздничному, но она даже не удосужилась прочитать их названия, выбрав первый из них, в котором был джин.

– «Рождественское желание», – ответил бармен. – Он гарантирует исполнение ваших желаний.

Сьюзен рассмеялась.

– То есть если я выпью много коктейлей, я встречусь с прекрасным принцем?

– Вы этого хотите?

– Нисколько. – Очевидно, бармен не такой хороший слушатель, как коктейль.

Сьюзен не Золушка, которая ждет принца. Она богата и успешна, а ее сводные братья довольно сносно к ней относятся. – Мне не нужен мужчина, который спасет меня от жалкого существования.

Хотя временами…

Она вгляделась в содержимое бокала, со дна которого поднимались пузырьки. Временами ей хотелось, чтобы кто-то действительно ее понимал. Братья любили ее, но вряд ли понимали как женщину. Им невдомек, каково это – не соответствовать всеобщим стандартам.

Как было бы прекрасно разделить свою жизнь с тем, кто видит истину! С кем Сьюзен может не притворяться.

Кто сочтет ее красивой и особенной, со всеми ее недостатками.

Она становится сентиментальной. И комната кружится. Может, бармен прав, и ей хватит пить? Иначе зачем ей желать того, что никогда не случится?

– Эй, приятель, сделайте мне одолжение и принесите газировки, ладно?

Высокий, идеально сложенный мужчина подошел к бару, его лицо было мокрым.