Ночь в Провансе

«Ты должна расслабиться и повеселиться на полную катушку, иначе к тебе явится дух Беатрис и будет тебя отчитывать. Она хотела, чтобы ты как следует отдохнула».

Беатрис была любимой пациенткой Дженны. Она умерла некоторое время назад.

«Я планирую отдохнуть на год вперед, но, к сожалению, я лишилась своего переводчика».

Ширли неплохо говорила по-французски. Бывший бойфренд подарил ей на Рождество курс обучения французскому языку. Он пообещал ей, что они полетят в отпуск во Францию. Ширли прилежно учила язык, но ее путешествие так и не состоялось.

«Найди себе сексуального француза, и он тебе поможет».

Дженна рассмеялась, и пара за соседним столиком посмотрела на нее с удивлением. Она помахала им телефоном, чтобы они не приняли ее за сумасшедшую.

«Ты шутишь? Мне с моим везением если кто и встретится, то только какой-нибудь позер», – написала она в ответ.

«Тебе все кажутся позерами».

И у нее есть на это причины. Нантакет притягивает подобных типов словно магнит.

«Юг Франции – это не бар „Белый кит“».

«Возможно, даже хуже. Уж лучше пусть меня преследует призрак Беатрис».

Ширли прислала ей анимированное изображение танцующего призрака.

«Если встретишь сексуального француза, дай мне знать. Я за тебя порадуюсь».

После того как они обменялись еще несколькими сообщениями, Ширли снова легла спать, поскольку в Новой Англии сейчас было раннее утро.

За ограждением террасы простиралось бескрайнее фиолетовое поле. «Десять дней во французском замке в разгар сезона цветения лаванды» – вот что обещал в красочных буклетах организатор аукциона, в котором приняла участие Дженна. Но яркие фотографии не могли передать всей волшебной красоты этого места.

Подняв бокал, Дженна мысленно обратилась к женщине, которая сделала для нее возможным это путешествие: «Спасибо за приключение, Беатрис. Обещаю провести это время наилучшим образом».

Подняв бокал чуть выше, она сфотографировала себя и отправила снимок Ширли. Затем она пересела на другой стул, чтобы сфотографироваться на фоне лавандового поля.

Наверное, она была единственным в мире человеком, который не мог сделать хорошее селфи.