Цветок любви

– Можно? – попросила девушка, не осознавая, что она делает, Алекс аккуратно взяла левую руку Джима и накрыла ушибленную часть кисти своей ладонью. – Так легче?

– Ага, – растерянно кивнул американец, понимая, что боль в руке стремительно проходит. – У тебя такая холодная рука.

– А разве на ушибленное место прикладывают горячее? – улыбнулась Алекс, отпуская его руку. – Вот так, теперь даже синяка не будет.

– А что ты сделала?

– Не спрашивай, – отмахнулась девушка, – может быть потом, когда-нибудь объясню, когда сама пойму.

– Хорошо, – кивнул Джим. – Ну как там ещё раз по-русски «Добрый день»?

Всю оставшуюся дорогу Алекс учила Джима различным русским фразам. Уесуги пытался сосредоточиться на сценарии, но постоянно отвлекался, прислушиваясь к веселому диалогу девушки и американца. Она притягивала к себе всех, даже Джим не устоял. Да и остальные участники команды периодически посматривали на девушку.

Через пару часов микроавтобус остановился у гостиницы.

– Уесуги-сан, это ваш номер, – стафф указал на дверь прямо по коридору гостиницы, передавая Уесуги ключи.

– Спасибо, Ватари, – кивнул японец и позвал девушку: – Алекс, идём со мной.

– А может она пойдёт со мной? Как раз закончим уроки русского, – предложил Джим.

– Что-то ты совсем, Джим, расслабился, Алекс пойдёт со мной. Идём, – Уесуги положил руку на плечо девушки, увлекая её за собой. – Друзья, на всё про всё вам полчаса, затем собираемся у выхода, – он напоследок обратился к команде.

Те вразнобой согласно кивнули.

– Чувствую себя вещью, – хихикнула девушка.

– С учётом того, что я не отправил тебя сразу же в посольство, я несу за тебя ответственность, – заметил японец, открывая дверь номера и пропуская девушку вперёд. – Поэтому и прошу тебя всегда находиться рядом со мной.

– Боже мой, ты даже не представляешь, как твои слова радуют меня, – по-русски простонала Алекс, бросая сумку у кресла.

Номер оказался простым, однокомнатным: небольшой коридорчик, со шкафом для верхней одежды и большим зеркалом в пол напротив; в самой комнате в центре стояла большая двуспальная кровать, напротив которой на стене висела плазма.