Влечение. Мой опасный босс

Оговариваюсь я, конечно же, специально. Любуюсь тем, как у этого мудня вытягивается челюсть и готовлюсь к словесному поносу с его стороны, потому что физической расправой он точно меня не порадует. Такие, как он, вообще не лезут в драку. Разве что к тем, кто физически куда слабее, а я шире него в плечах, да и запала во мне побольше. Вижу цель не вижу препятствий. Уж точно не в лице приглаженного.

Мы бы точно сцепились в перепалке, если бы не щелкнувший замок, а затем и макушка Вересовой, что показалась первой.

– Ева, – тут же ринулся к ней щеголь, но так и остановился на полпути, пригвожденный строгим взглядом.

– Доброе утро, Никита, – отвечает ему с таким холодом вселенским, что я всерьез беспокоюсь за кофе. Как бы его по касательной не задело от такой встречи. Холодный кофе я ужасно не люблю, а чем дольше мы тут стоим, тем сильнее он остывает. – Прости, но у нас с Артемом Борисовичем важное совещание, – выдала таким же тоном и… отвернулась, повернувшись ко мне всем корпусом.

Повторного приглашения я ждать не стал, зашел торжественно в дверь и с трудом удержался от того, чтобы не ткнуть фак прилизанному.

Внутри гостеприимство Вересовой заканчивается. Вместе с хлопком двери пропадает ее улыбка, адресованная мне минутой ранее и вся она словно… меркнет. Или же это просто виноват ее новый костюм, который больше напоминает скафандр? С первого раз так и не определить, это у нее раздельное или цельное. И явно оно просто так не снимется, если хозяйка не поможет.

– Вам чего, Артем Борисович?

– Мне разговор, а вам кофе с вафлями.

– Проходите, – Вересова неопределенно машет рукой в сторону кухни и семенит вперед.

Тапочки в виде собачки на ее ногах смотрятся смешно, но я обращаю на них внимание мимолетом. Больше акцентируюсь на ее покрасневших глазах и опухшем лице. Вчера она хоть и выглядела расстроенной, но не плакала. А сегодня… выглядит так, словно проплакала вчера весь вечер. И снова подозрения скатываются к лощеному мудню, которого руки чешутся, так хочется проучить.

На кухне ставлю кофе с вафлями на стол и протягиваю один стаканчик Еве.

– Правда думаешь, что я стану пить? – хмыкает, бросая равнодушный мимолетный взгляд на кофе.

– Что не так? Кажется, ты любишь карамельный латте.

– Люблю, но пить не стану. Не после того, что ты устроил в кабинете.

– Думаешь, я туда что-то подсыпал?

Вересова равнодушно пожимает плечами, а я злюсь.