Дорогая княжна

Порой ей казалось, что еще чуть-чуть – и она точно различит в духах мисс Галлахер нотки ладана.

– Не переживай. Матушка благоволит ученицам академии и заботится о нас.

– Я далека от светских вечеринок, – мрачно откликнулась Иви, откидываясь на мягкую спинку и пряча руки в муфту.

– Не тушуйся, не откровенничай, но будь приветлива, – бросила Кая. – Имей в виду, что после «светских вечеринок» многое будет использоваться против тебя.

Иви еще раз поразилась серьезности мисс Андервуд. И объему ее знаний.

Карета остановилась. Дверь открылась – и на лицах девушек как по заказу расцвели улыбки.

Лакеи помогли им выбраться из экипажа. На улице каждую группу институток встречали двое слуг в белых масках, закрывавших все лицо. На подушках, что они держали в руках, лежали черные кружевные маски, почти прозрачные, созданные для того, чтобы бросить на лицо владелицы легкую тень загадочности, а не скрыть ее личность от остальных присутствующих.

Когда Иви и ее спутницы справились с аксессуарами, слуги повели их по тщательно почищенной лестнице наверх.

Оказалось, что маскарад проводили не в самом замке, а в зимнем саду – огромном помещении, где было очень светло и душно. Ароматы всевозможных цветов мешались с парфюмами дам, забивая нос и дурманя рассудок. По залу скользили слуги с подносами, на которых шипело пузырьками шампанское и громоздились закуски.

Маскарад не произвел на Иви какого-то особого впечатления. Сначала они поприветствовали императрицу, а после включились в череду бесконечных танцев.

Ладный ритм вальса прервали другие инструменты, создавая какофонию, которая вылилась во что-то резкое, звонкое и несколько нервирующее. Но по лицам придворных и девушек-институток, которые так или иначе были знакомы с императорскими балами, Иви поняла, что происходящее ничуть не пугает их, даже напротив – будоражит.

Зал начал заволакивать туман, вдоль стен заскользили тени, которые гасили свет. Вскоре гореть остались лишь разноцветные фонарики. Под ритмичную музыку в зале появились молодые мужчины в грубых деревянных масках. Рубашки их были расхлестаны и открывали неаккуратно нарисованные орнаменты на телах.