Мир Сказочной Нечисти

Мама и папа хотят всё видеть в радужном цвете, но с каждым днём им всё тяжелее скрывать скорбь и волнение. Я каждый день подыгрываю им, говоря, что всё хорошо, чтобы не волновать. Но в душе я знаю, что эти слова – чистая ложь. И теперь каждую неделю я убираюсь в её комнате. Иногда мне помогает мама, но ей всё же тяжело находится там. Поэтому я часто убираюсь один.

На часах десять минут девятого. Что все-таки делают с людьми долгие раздумья – на десять минут завис!

Я подошёл к шкафу, чтобы достать вещи. Достав из него одежду, я нехотя принялся натягивать ее на себя.

Мой наряд состоял и светло-коричневых брюк, белой рубахи с красивым воротником и всё это дело украшала моя любимая жилетка болотного цвета. Пока чистил зубы и причесывался, заметил, что в доме подозрительно тихо.

Аккуратно закрыв дверь в свою комнату, я спустился по лестнице вниз на кухню. Там обнаружил записку, прикрепленную магнитиком из Буллитаунского курорта. На ней было написано:

«Доброго утра, Сэль. Ты, наверное, заметил, что нас с папой нет дома, поэтому надеюсь, что ты заметишь мое послание.

Папа ушёл на кладбище, а я украшаю на улице наш дом всякими жуткими штучками. Твой завтрак на столе. Целую, мама.»

Только я прочитал маленький сверток, внимание привлекла яичница с беконом, от которой шёл горячий, соблазнительный аппетитный пар. Видимо, недавно приготовила. Яичница выглядела вкусно, особенно когда на ней красовался еще и мой любимый бекон, поэтому я сел за стол и начал трапезу, громко причмокивая от удовольствия.

Закончив, я взял рюкзак с пола и, надев тёмно-коричневые ботинки, вышел на свежий воздух. На улице играло радио с бодрой музыкой, которое стояло прямо у порога. А тем временем слева от меня мама весело развешивала марлю на окна. Я окликнул её, перед этим убавив старый музыкальный ящик:

– Доброе утро, мам.

– Утречка, сынок! – откликнулась она, чуть не запутавшись в искусственной паутине. – Ты покушал невероятно вкусную яичницу а-ля: «Беатришница»?

Я не спеша подошел к маме, мельком оглядывая марли и оранжевые фонари.

– Конечно, «Беатришница» как всегда на высоте. А я смотрю, ты во всю готовишься к празднику.

– Куда уж тянуть, милый? Мне не терпится увидеть результат. Вчера на распродаже такую красоту купила, придешь – не узнаешь наш дом! – весело крикнула мама, двигаясь в такт под музыку.

– Ага, супер… Я, это, пойду, мам, – напомнил я, смотря на высокие ели. С пропажи Адель они стали казаться мне до жути отчужденными.