Путешествуя с мёртвыми

Одно только ее вторжение в логово вампира грозило нарушить границы, тщательно обговоренные Джеймсом и Исидро год назад в доме на Харли-стрит, ныне сгоревшем.

«Ему нужен живой попутчик, – подумала она. – Кто-нибудь способный позаботиться о его дневном укрытии. Кто-нибудь настолько знающий Джеймса, чтобы выследить его… и таким образом выйти на Кароли с Эрнчестером».

Она сказала Элен и миссис Граймс, что едет в гости к кузине. Значит, ее хватятся только через неделю.

– Вам не стоит бояться меня, сударыня, – медленно проговорил вампир.

– Нет.

Джеймс рассказывал ей о способности вампиров овладевать разумом живых людей, о холодной, стискивающей мозг хватке. Но с ее помощью можно было лишь отвлечь внимание, сбить с мысли. Изменить решение таким образом не заставишь. И Лидия видела, что Исидро тоже это понимает.

– Коль скоро мы собираемся странствовать вместе, я просто не могу допустить, чтобы вы путешествовали подобно гулящей девке, – сказал он.

– Это его дело, согласился бы он или нет, – заявила Лидия. – Я же скорее соглашусь выглядеть гулящей девкой, чем предать доверившегося мне человека. Если это вам не подходит – хорошо, обойдусь без вашей помощи.

Исидро склонился и поцеловал ей руку. Губы его были как шелк в морозную ночь.

– Что ж, доброго пути, сударыня. И доброго исхода вашей встречи с неумершим.

С чувством внезапного пробуждения она обнаружила, что осталась одна.

Было довольно поздно, когда Лидия выбралась из этого совершенно незнакомого района Лондона. Хотя туман сгустился, а ночь стала еще холоднее, на улицах было полно народу. В основном это были иностранные рабочие, направляющиеся в изобилующие здесь веселые дома, и матросы, словно бы задавшиеся целью подтвердить мысль Исидро о том, что в одиночестве гуляют только уличные девки. Впрочем, многие услышанные Лидией слова были ей просто непонятны.

Как Лидия и подозревала, река обнаружилась неподалеку. На широкой, освещенной электрическими фонарями набережной она остановила кеб и велела ехать в небольшую гостиницу близ музея, где оставила свой багаж.

Уже в номере Лидия, переодеваясь, решила, что скорее рада, нежели огорчена утратой такого спутника, как Исидро.