Холодный огонь

Натан даже не представлял, что же там должно было твориться, если люди предпочли остаться в стране, еще лежащей в руинах после революции и войны за независимость. Многие потом перебрались за океан, но немало осталось. Некоторые даже стали отказываться от частицы «ван».

– Что вы будете делать? – спросила миссис ван Аллен. – Вы знаете, почему он убивает именно этих людей?

Бреннон сунул отчеты за пазуху.

– Я проконсультируюсь со специалистом. А вы, мэм, не выходите из дома ночью.

Лонгсдейл выглядел гораздо лучше.

– Что думаете об этом? – Натан сунул ему отчет Галлахера. – Это она?

– Вполне возможно, – кивнул консультант.

Пес устроил морду у него на колене и вопросительно заглянул в лицо. Лонгсдейл положил ладонь ему на голову, и у комиссара возникло стойкое чувство, что эти двое обмениваются какими-то сведениями. Хотя вообще Натан думал, что друг человека канючит булочку.

– Эй, Здоровяк, на. – Он протянул псу сдобу, но тот смерил Бреннона таким холодным взглядом, словно был пастором, осуждающим грехи человечества, включая чревоугодие.

– Вы будете допрашивать Хейза?

– Да, как только Галлахер отыщет его в соборе. Но к вам у меня пара других вопросов.

Бреннон вытянул ноги к камину и умиротворенно подумал, что консультант неплохо устроился. Дом, конечно, старый и мрачный, но зато камин в нем большой, а стены и окна надежно утеплены.

– Во-первых, крест и Библия. Почему Библия напугала утбурда, а крест – нет?

– Гм-м-м… Насколько вы сведущи в теологии?

– Чего?

Пес фыркнул. На лице дворецкого, который накрывал столик с чаем, мелькнуло крайне ехидное выражение.

– Я атеист, – буркнул Бреннон.

– Суть в том, что крест – не более чем ювелирное украшение. Он не обладает должной силой сам по себе.

– Но ведь он не замерз.

– Да. Потому что его держал в руке достойный человек, полный искренней веры. Но этого мало, чтобы отбиться от такой нежити, как утбурд.

– И вы хотите сказать, что это работает?

Лонгсдейл побарабанил пальцами по подлокотнику.

– Скажу так – в деревнях, где есть действующий храм и активный священник, нежити всегда в разы меньше.

– Активный?

– Я имею в виду тех, что действительно занимается делом, а не просто пьет в ризнице.