Холодный огонь

– Миссис!

– Простите, – очнулась вдова, вспыхнула румянцем и убрала руку. – Вы так это описываете, словно уверены, что нам угрожает не человек. Кроме того, в вашем департаменте появился этот консультант по странностям.

«Вот трепло!» – подумал Натан совокупно обо всех полицейских. Шум в голове утих, и комиссар почувствовал, что память несколько прояснилась. По крайней мере, теперь он был уверен, что шел к дому Лонгсдейла. Если еще немного поднатужится, то, глядишь, даже вспомнит – зачем.

– Это пока еще не установлено, – заметил Бреннон, но по лицу женщины понял, что отговорка вышла неубедительной.

– Возьмете с собой медового напитка? В нем ни капли спирта, его можно при исполнении.

– Пожалуй… Скажите, у вас есть друзья за городом?

Миссис ван Аллен покачала головой:

– Нет. Думаете, это повторится?

Бреннон поднял бровь.

– Их привозили в департамент каждые три-четыре дня. А сегодня уже пятый после того, как…

«Хорошо, что дураков больше, чем умных», – подумал комиссар.

– Вы позволите мне предупредить друзей? Обещаю, что никакой паники…

– Да.

Вдова улыбнулась, но улыбка тут же угасла.

– Вы уверены, что этот человек, которого ваши люди называют консультантом, сможет нам чем-нибудь помочь?

– По крайней мере, он скажет, как эту тварь прикончить.

Миссис ван Аллен, чуть нахмурившись, задержала взгляд на полицейском департаменте и поднялась.

– Я принесу вам напиток.

Бреннон проследил за ее взглядом. Консультант и его пес стояли у крыльца и пристально смотрели на пекарню.

– Садитесь, Бреннон, – буркнул Бройд, – подвезу.

Покатиться в одном экипаже с начальством было большой честью, но Натан понимал, что шеф просто не хочет обрести вместо комиссара ледовую скульптуру. Бреннон забрался внутрь, и кучер тронулся с места.

– Еще немного – и они откажутся выходить на улицы, – негромко сказал Натан.

– И что сказал консультант?

– Сказал, что это не нечисть.

– А что ж тогда? – удивился Бройд.

– Нежить.

Шеф полиции поразмыслил.

– А есть разница?

– Для нас принципиальной нет. Вопрос в том, насколько мы можем доверять его объяснениям.

Память Натана прояснилась еще до конца бутылки с медовым напитком.