Тихоня для мажоров

Они умело ласкают мое тело, а я безрезультатно пытаюсь взять себя в руки, собрать вату в голове и оттолкнуть их. Закричать, отбиться. Сделать хоть что-нибудь. В эту минуту даже Вася не кажется таким страшным, как эти двое.

И ладно бы на корпоративе.

Я до сих пор списываю все случившееся на алкоголь. А сейчас я полностью трезвая: вино давно выветрилось, и мозги соображают в обычном режиме. Я не могу переспать с ними снова. Это неправильно. Аморально. Ненормально. Я могу продолжать до бесконечности, но вместо этого издаю протяжный полувсхлип-полустон и цепляюсь пальцами за плечи Егора.

Не помню, как меня отпускают, как тянут в сторону, но прихожу в себя, когда очередной поцелуй прерывается, и я оказываюсь на коленях у Артема. Успеваю заметить, что мужчина сел на стол и утянул меня с собой. На долю секунды я теряюсь в пространстве, в голове туман, сквозь который приходится пробираться и приходить в себя. Увы, даже это мне не под силу, потому что напротив материализуется Егор. Он подхватывает руками мои колени и забрасывает ноги к себе на бедра.

Их двое.

Боже.

Здесь. Со мной.

– Чувствуешь? – рычит Артем, толкаясь вперед и упираясь каменным членом в мои ягодицы.

– На меня смотри, – хрипловатым голосом говорит Егор.

Дергает меня за подбородок и прожигает взглядом, проходит им по моему телу, останавливается на ложбинке груди и снова всматривается в лицо. Каждый сантиметр кожи покрывается мурашками. Я чувствую его взгляд на физическом уровне. Будто маленькими иголочками покалывает то место, куда он смотрит, а еще жар… все тело начинает гореть адским пламенем.

– Ты же хочешь нас, детка.

– Ну же, – настаивает Егор, – скажи «Я хочу вас», – обжигает горячим дыханием и вглядывается в мои глаза, слегка двигает бедрами, будто ища удобное положение, и ухмыляется, когда я почти скулю.

– Давай, крошка, – слышится сзади, – соглашайся, и мы подарим тебе крышесносный оргазм.

Я не понимаю.

Ничего из того, что происходит, не понимаю.

Хочу вынырнуть из этого разврата, оттолкнуть парней и сбежать в ванную, чтобы отмыться. Так думает одна часть меня, а вторая…

Господи, что творит вторая.

Она вынуждает меня обхватить Егора ногами крепче, придвинуться к мужчине и поцеловать его. Страстно, напористо и жарко. Вкус его губ – смесь дорогих сигарет, ментола и мужчины. Настоящего.