Тихоня для мажоров

– Не надо! – обвиваю его за талию и прижимаюсь щекой к плечу, зажмуриваясь и молясь, чтобы он не оттолкнул, чтобы услышал и прекратил.

Тело пробивает крупная дрожь, из глаз брызгают слезы, потому что мужчина рядом все еще напряжен и, видимо, не спешит успокаиваться. Я расслабляюсь, лишь когда он обвивает мою талию рукой и зарывается лицом в мои волосы.

– Охренеть, – слышу злое шипение сзади и боюсь даже повернуться. – Ты когда успел встрескаться? – выплевывает Артем, а мне становится так неприятно, так обидно.

Как будто я не из тех, в кого можно влюбиться. Будто гожусь только для секса и ни для чего больше.

– Ты совсем идиот? Отправим Юлю на аборт только потому, что так получилось и защита не сработала? – грубо чеканит Егор. – Ребенок наш, значит, она выносит его и родит. Он наследник, придурок, – шипит мужчина.

Ни слова о любви, ни намека о том, что ему важен ребенок.

Это здорово так отрезвляет. Опускает на землю и заставляет понять, что все неправильно.

Так не должно быть.

Я отстраняюсь от мужчины, покидаю его защиту, закрываю тело халатом, который успел распахнуться и чуть съехать с плеч, и говорю:

– Уходите. Оба! – зло смотрю на мужчин и отхожу на шаг, когда Егор протягивает руку и делает попытку приблизиться. – Не трожь меня, – сквозь слезы говорю я. – Бери своего братца и уходите. И чтобы я вас больше не видела.

– Давай, – неожиданно говорит Егор брату, подгоняя. – Надевай трусы и на выход!

Безжизненно смотрю на то, как мужчины собираются, и стараюсь держаться.

Слезы больше не катятся: я поплачу после их ухода. Сейчас главное – выпроводить их, остаться одной и попытаться придумать, что делать. В том, что они не отступят, я даже не сомневаюсь: будут тащить одеяло каждый на себя. Артем станет настаивать на аборте, Егор – на рождении наследника. Ни то, ни то мне не подходит. Я не планировала становится матерью, рожая от кого-то из них, но раз уж так получилось…

Я буду мамой своему малышу, но никак не инкубатором для двух зажравшихся маминых сынков.

Наблюдаю за тем, как братья натягивают куртки, как обувают сапоги, и почти выдыхаю, когда они открывают дверь, правда, мое расслабление быстро проходит, потому как, только Артем выходит, Егор тут же захлопывает дверь и проворачивает ключ.

– Пока, братец, – громко говорит он, снимает сапоги, куртку и поворачивается ко мне.

– Ты что задумал? – слышу крик Артема из подъезда.