Подруги

Потом также молниеносно она летела на второй этаж, в комнату Наташи. Та по-прежнему лежала, отвернувшись к стене. Грустная дочка рисовала что-то в уголке за письменным столом. Вдруг Наташа сказала как-то странно, толи навзрыд то ли нараспев:

– Он у-шёл, ты зна-ешь… Он всё-таки у-шёл, к той дру-гой, по-ни-ма-ееешь?

Мила не успела ответить.

В дверь уже стучали врачи. Мила, не глядя в сторону Наташи, открыла им дверь. Они слегка опешили, ехали ведь на попытку суицида, а дверь им открывает девушка на сносях.

– Девушка, это вы Скорую вызывали?

– Да я, но пока не себе, проходите.

Осмотрев Наташу, врачи вытолкали Милу с дочкой Наташи в коридор.

– Р?дите девочки погуляйте, вам мамаша, вообще нельзя волноваться.

Сидя в убогой подсобке вахтёрши, Мила обнимала Катюшу и вспоминала то, что случилось за весь этот год, такой странный, такой волнительный, такой- в котором было всё.

Ровно год назад на кафедру, где Мила работала, заглянул лысоватый, низенький мужчина, неопределённого возраста. Что это был за человек пока никто не знал. Он встретился с кем-то из администрации и ушёл.

На второй паре молодая коллега с немецкой кафедры шепнула Миле:

– Рекрутер приходил. Везёт вам, он для Шеврона новый персонал подыскивает. Но мы с немецким языком его не интересуем, французы тоже. А вот вам с английским может и подфартить.