Это мир для всех

Потом мы ссорились с нею, я рос, иногда срывался на нее, почти ненавидел, случалось – мы могли не разговаривать между собой неделю, но все это не кажется сейчас чем-то значимым.

Порой я жаловался ей, порой и грубил. Мама все прощала мне.

Мама давала мне хорошие советы, мама учила любить людей вокруг меня.

Мама, поющая мне песню, – главное – и самое важное, что запомнилось мне из моего детства, и думается, – и во всей моей жизни.

Мама – прости меня за то, что порой заставлял тебя нервничать, что часто без веской причины портил тебе настроение.

Годы прошли – ты уже седая, мама. Но – несмотря на это, – ты самая прекрасная – моя мама.

Мне никак не оплатить тебе те нервы, те бессонные ночи – все то, что у тебя было связано со мной.

Мама, я часто забывал, что жизнь скоротечна, что маму нужно всегда радовать, и никогда нельзя огорчать. Спасибо за песни, которые ты мне пела.

Мне никогда не вернуть этого, разве что – передать своим детям, еще не родившимся – ту нежность и любовь, которую ты отдала мне.

Когда-то в чужом городе вечером звонил телефон, и я поднимал трубку и слышал голос мамы, – и так легко становилось мне – и казалось, она рядом. Она всегда рядом со мной – моя мама!

И все проблемы в жизни моей она разделяла, – и не злилась на меня, – и помогала мне во всем.

Как же я смогу тебя отблагодарить за все, мама? Наверно, не смогу никогда. Прости меня…

Рассказ

Человек из картонной коробки

Утром рано я спускался на прогулку на улицу.

Шел обычно к каналу им. Октябрьской революции. Он течет неподалеку. В 7 утра так приятно возле него бывало прогуливаться, это было гораздо приятнее, чем сидеть на своем 4 этаже. Так много деревьев и кустов тут было у канала свежо, зелено, и открывался прекрасный вид на Тарки-Тау.

Но один нюанс меня смутил однажды утром на такой прогулке. Человек из картонной коробки. Он поселился прямо на асфальте, под окнами первого этажа "хрущевки", в которой я жил. Поселился в начале лета, тихо так, незаметно.

Никто и не заметил его даже, казалось.

Поначалу и я не стал обращать на него внимания, прошел мимо, держась на почтительном расстоянии. Спустя какое-то время я стал присматриваться к нему – человек этот был уже в годах, одет очень просто, грязновато, молчалив, и явно не таил в себе опасности для окружающих. Безобидный такой человек. Просто жил в своей картонной коробке из-под холодильника под окнами нашего дома. Жил все лето.