Дочери Лота и бездарный подмастерье. Часть 2

Но она имела в виду другое. Ее интересовало то, встречался ли или общался ли он именно с этими людьми прежде, а этого-то и не было. Поэтому он сперва хотел промолчать, но потом передумал.

Итак, время, которое, казалось, ушло на воспоминание, принесло отрицательный ответ, и Лот сказал:

– Нет. Не знал, – и не теряя времени, он вошел во двор, втайне надеясь, что Зелфа поможет ему приготовить еду."

III

Зелфу он застал в огороде, расположенном позади дома, она собирала поспевшие овощи и зелень. Он окликнул ее.

– Отец, где ты пропадал полдня?

– Так ты сожалела о моем отсутствии! А я-то думал, что ни разу и не вспомнила обо мне.

– Ты знаешь, что говоришь то, во что сам не веришь.

– Ладно. Поймала старика на слове. Полдня еще можно потерпеть. Но что будем делать, если Кавилл, став твоим мужем, месяцами не будет отпускать тебя от себя?

– Я согласилась выйти за него лишь с одним условием.

– С каким, если не секрет?

– Я должна иметь право видеться с родителями, когда захочу, и столько, сколько захочу.

– Хотелось бы в это верить. А что сказал Кавилл?

– Он согласился, потому что у него не было выбора.

– Хитер, хитер же Кавилл. Зелфа, мне нужна твоя помощь.

– В чем дело, отец?

– У нас гости.

– Не от Кавилла ли?

– И даже не от Ультора. Пока светло, я хочу приготовить ужин. Поможешь?

– Зачем ты спрашиваешь? Что им приготовить?

– Замеси тесто и приготовь молоко. Я хочу подать им отваренного в молоке ягненка.

Зелфа пошла в дом.

– Не входи в умывальню без стука, – сказал напоследок Лот, выдав свое волнение, и направился в овчарню.

Надо было торопиться. Лот выглянул на улочку, тянущуюся за оградой. Там промелькнули фигуры нескольких сограждан. В такое время улочка обычно была пустынной, но мало ли что могло привести в эти места непоседливых людей. Лот не хотел думать о них. Но, решив запереть входные двери, вспомнил о Махле. Если Орнатрина не откладывая исполнила его просьбу, то она должна была уже быть дома.

Наскоро вытерев руки о шкуру ягненка, он поспешил в дом. Заглянул в кухню, чтобы узнать, насколько продвинулась Зелфа в своих приготовлениях, и успокоился, когда увидел рядом с Зелфой младшую дочь. Его охватила радость, и он с каким-то необъяснимым упоением смотрел на дочерей. “Хорошо, что внешностью они пошли в Орнатрину, а не в меня. У Махлы ее характер, а Зелфа вся в меня”, – подумал он.