Железноцвет

Виновных, невиновных… даже за Предательство – слишком. Кто теперь будет город защищать?

– Драгуны Левченко, если верить Штабу. А Штаб всегда прав. Раз уж мы о нем – может скажешь, почему мы туда едем? У меня с начальством отношения так себе. После Москвы…

– Они и до Москвы были не сахар, младший. Зой, давай полегче, а?

– Не нравится – на трамвае езжай, – огрызается Зоя, и давит на газ. – Я всю жопу отсидела, пока через тундру трюхали. И опять в грузовом, блять!

– Ну что ты окрысилась опять? Нормально ведь доехали.

– А тебе все нормально, – бормочет Зоя, – глаза залил – и нормально.

Джип вылетает на Проспект Интернационалистов и лихо выравнивается после виража. Как самая длинная улица, проспект служит домом для городских мемориальных плит. Поначалу их делали из мрамора, позже из гранита. Те, что ставятся в наши дни, набирают из газобетонных блоков, а имена наносят распылителем по трафарету.

– Зачем ты едешь в Штаб? – в лоб спрашиваю я. – Что вам двоим надо в моих краях?

– Я должен встретиться с командованием твоего Управления, – говорит Аркадий.

 – Я все доведу на месте – тебе, им. А еще, я ищу Константина Герцена. Также изв…

– Алхимик, – говорю я. – Также известного, как.

В зеркале я вижу, как внимательно за мной следят глаза брата.

– Алхимик испарился, – добавляю я.

– Что? – Аркадий снимает свои дурацкие очки, и с его лица наконец пропадет то характерное выражение превосходства, которое я ненавидел всю жизнь. – Куда?

– Ммм… – тяну я, решая, что можно сказать.

 – Месяц где-то он находился под следствием, никто точно не знал, за что. Никто не интересовался. С неделю назад Алхимик вдруг исчез, но потом были… cлухи. Я старался в это дело не лезть, и тебе не советую. Зачем тебе вообще Алхимик? Зачем он Адмиралтейству?

– Забудь про Адмиралтейство, младший, здесь дела крупнее намечаются, и…

– Алхимик исчез, – повторяю я, – Мертв, скорее всего. Многим он насолил. В городе неспокойно. У меня своя работа, своя жизнь. Ехал бы ты, пока дороги еще открыты…

– Уже гонишь? – усмехается Аркадий, а потом качает головой.

 – Меня не только Алхимик интересует, – качает головой Аркадий. – Я должен попасть в Штаб. Ты не понимаешь…

Вот оно – “я не понимаю”. Сейчас начнется.

– Вика бы хотела, чтобы мы работали вместе, – говорит брат.

– А-га, – тяну я, и Аркадий неодобрительно хмурится.

– Знаешь, – помедлив, вдруг говорит он. – Как меня контузило – я стал забывать. Вчера вот просыпаюсь и вдруг понимаю – забыл ее лицо.