Я к вам по делу, ваше величество!

– Насколько я знаю, леди Синтия заказала завтрак на две персоны, – как всегда, обтекаемо ответил Стайн, – полагаю, что для вас и себя. Она попросила меня проследить, чтобы вам никто не помешал.

– Тогда я могу быть спокойна, – улыбка получилась не слишком весёлой, хотя перспектива встречи с бабушкой – единственной представительницы семьи Мэнсфилд, кто хотя бы попытался меня понять – не особо напрягала. – Значит, мы действительно поговорим приватно.

– Благодарю, – по-прежнему абсолютно безэмоционально ответил Стайн, – так я могу передать леди Синтии ваше согласие?

– Можете, – кивнула я, – я приеду в десяти, я не забыла, во сколько бабушка спускается к завтраку.

Услышав мой ответ, господин Стайн поднялся, педантично вернул саквояж на его место, поклонился и вышел из трактира, оставив меня в полном смятении.

Глава 3

Сидя в остановившемся экипаже, я смотрела на светло-зелёный дом с белыми колоннами, виднеющийся сквозь листву аккуратно подстриженных парковых деревьев.

Это здание было для меня одновременно невероятно близким, родным, и в то же время совершенно чужим, из другой, прошлой жизни, к которой я не собиралась возвращаться.

Подхватив скромную сумочку, я вышла, расплатилась с извозчиком и медленно пошла вдоль кованой ограды в сторону входа. По аллее возле ворот со скучающим видом прогуливался господин Стайн, видимо, совершенно случайно выбравший именно это место для утреннего моциона.

Увидев меня, он также неторопливо прошёл к небольшой калитке, расположенной справа от створок, и лично её открыл. Видимо, мой визит действительно старались сохранить в тайне, за что я была и бабушке, и Стайну искренне признательна.

– Доброго утра, леди Моника, – поприветствовал меня бабушкин друг и жестом пригласил пройти с ним. Можно подумать, за прошедшие четыре года я успела забыть дорогу.

– Доброе утро, господин Стайн, – вежливо ответила я, приноравливаясь к его достаточно широким шагам.

Он заметил это, и пошёл немного медленнее, давая мне возможность не спешить и смотреть по сторонам. – Здесь практически ничего не изменилось за эти годы…

– Разумеется, – нейтрально согласился мой сопровождающий, – вы отсутствовали не настолько долго, чтобы с парком могло что-нибудь произойти.

– А бабушка? – зачем-то спросила я. – Она в порядке? Для человека четыре года – это достаточно много.