Психофора

– А вы не смейтесь! И он, между прочим, напророчил конец света!

– Сегодня что ли? – уточнил диктор.

– Нет-нет. Несколько лет точно у нас есть, – отвечал Семен Иванович. – Причем, он особенно акцентировал внимание на том, что никто не заметит, как он придет, и никто не поймет, что он идет.

– Если мы не поймем, что пришел конец света, то, может быть, это и не конец света? – предположил ведущий. Но, опасаясь конфликта, поторопился сменить тему, услышав, гневный вздох собеседника: – А как это случилось? Как вам довелось пообщаться с сигаретным дымом?

– Как, как.

Курил я утром. Выдыхал дым через ноздрю, а он плотный был. Черный, черный, как из печки прям. Клубился так сильно, что я пола уже не видел. Потом он поднялся на мой уровень глаз, сформировав из себя какое-то подобие шара, и заговорил.

– Хм. Рассказав про конец света через несколько лет? – подытожил ведущий.

– Да. До свидания.

– Удивительно…

Газ, тормоз, газ, тормоз. Город далеко не столица, но даже в нем иногда случаются пробки.

А виной всему неудачная проектировка улиц. Ведь никто не мог вообразить, что в будущем автомобили займут практически все пространство людей. Газ, тормоз, газ, тормоз. Виталий полз по чахлой пробке. Подобного опыта у него хоть отбавляй, поэтому нервы раскалялись добела.

– А вот и третий дозвонившийся, – радостно оповестил слушателей ведущий. – Мы вас слышим, представьтесь, пожалуйста.

– Я… Федорович, – Виталий поперхнулся воздухом. Да, это был тот самый Федорович. Его хриплый голос безумного проповедника ни с каким другим не перепутаешь.

 – Со мной сегодня много чего приключиться успело. Но самое страшное то, что я только что умер.

– Что? Это как? – не понял ведущий. Виталий не понял тоже.

– Ну, так случилось, что нашу смену отпустили с работы, – рассказывал Федорович. – Я прощался на парковке с коллегой, Виталик, кстати, привет, думаю, ты меня слышишь. Вот, прощался с коллегой. И чую, что-то сердце шалит. В дрожь бросает, в пот. Дышать тяжело. А потом раз, и лежу. А тело мое того – черепушка об асфальт раскололась, да и сердце стало.

– Так это вы сейчас нам откуда звоните? – спросил ведущий.

– Не-не-не. Я на земле, не думайте ничего такого, – рассмеялся Федорович. – Но очень странное дело. Как бы это выразиться. Я… В теле другого человека. Да и так тоже неправильно… Тело-то мое, а одежда не моя. Слишком большая. Штаны сваливаются.

– Так вы… Что-то вроде вселились в кого-то? – уточнил диктор.

– Да нет же, – вздохнул Федорович.