Сенсоры, или Шагом марш, товарищи миллионеры!

– Так вот, засранец, через 15 минут у тебя в жизни будет удовольствий немного меньше – так как без своей морковки ты бабам будешь мало интересен! Говори, сука, где деньги? Даю тебе две минуты!

– У Ларки они, в шкафу, – заверещала на весь подвал связанная толстушка Иринка, то ли испугавшись моего превращения в евнухи, то ли секса с шестью хохлами на трезвую, но больную голову. – Я сама видела!

– Какая квартира, золотце? – тут же оживился брюхатый.

– 25, – неуверенно пискнула стерва Иринка.

– Сама ты толстая, жирная сволочь, – сплюнул я. – И как у меня на тебя только ч… поднялся!

– Сам пошёл! – не растерялась стерва. – И вообще, я с тобой даже не кончила, а только притворялась!

– Не смеши мои тапочки! Верещала, как недорезанная! – тут же отомстил я.

Хохол, немножко охреневший от интимных подробностей, погладил Ирину по голове, и произнёс: – И тебя вылечим, не бойся! Обкончаешься сегодня – у нас шесть парубков – тебе понравится!

Парубки, стоявшие тут же, у стены, довольно заухмылялись по-украински.

– И что, пойдёте среди бела дня дверь выламывать? – я попытался охладить их пыл. – Не знаю, как у вас, в Украине, у нас через пять минут все соседи в милицию звонить будуть! А дверь – то железная – сталь три миллиметра толщиной!

Хохлы задумались.

– А ты пойдешь с нами, и в глазок дверной глянешь, попросишь открыть – тебе она всяко не откажет, – придумал главный хохол, и кивнул своим бойцам.

Что делать! Пиписка была для меня очень важной частью моего любимого тела, руки были связаны, а в печень упирался тяжёлый пистоль, и поэтому пришлось временно согласиться с зарубежными гостями. Главный показал большой кулак остающимся парубкам – мол, не вздумайте, шевелить сосисками на счет девчонок без нас!

После чего, мы, вчетвером, выбрались из подвала полуразрушенного пивзавода, и, словив дедульку-шабашника на старой «шестёрке», поехали на Лумумбу.

Поднялись на второй этаж, и, после продолжительных звонков в дверь Лолы, в её квартире что-то загремело, вскоре предусмотрительно открылся дверной глазок. Перед этим руки мне, совершенно опрометчиво, развязали, и перманентно тыкали в спину своими пистолями.

Моя фига, незаметно от хохлов, показанная Ларисе в глазок, тут же объяснила ей ситуацию. Ларка была девушка опытная и сразу заверещала: – Милый, всё нормально.